Мирабелла Георгиевна Заречная обнаружила себя в ловушке обычной повседневности. Вдруг оказалось, что прожила жизнь как волшебницей, но без волшебства вокруг не видела и не знала. Теперь перед ней стоит выбор: продолжать тщетные попытки вернуть то, что ушло, или позволить жизни сама собой развиваться, открывая новые пути и возможности?...
– Маша… Как мою маму… – Гена почувствовал – тепло на душе стало…
– Забудешь!
– Не забуду, – пообещал Гена.
Дядя Миша с умилением посмотрел на них:
– Вот дураки‑то! Рад за вас – хоть теперь познакомились. Сейчас бы закрепить! – прищурился дед.
– Уточните? – попросил его Геннадий.
– У меня пузырек с собой! – подмигнул ему дядя Миша.
– Я на машине, – вздохнул Геннадий.
– Ничего! Давайте выпьем по капельке! – предложила Маша. – Переночуешь у меня, завтра уже поедешь.
Геннадий был всей душой за эту идею, но сердце его ныло за Максима и Мирабеллу.
«Что я могу? Вызвать ОМОН? На каких условиях? Только на нелегальных… Хорошо. На нелегальных! И что? Перевернут они всю фабрику вверх дном – и ничего не найдут? Что потом? Максима и Мирабеллы все равно тут нет. Меня уволят… Дальше! Может, выпить с дядей Мишей и разузнать что‑то у него? Вдруг он что‑нибудь вспомнит? Алкоголь сближает…»
Дядя Миша подвел их к металлической двери и обратился к Маше:
– Наверняка у тебя ключик есть с собой?
– Что‑то потайное там? – насторожился Геннадий.
– Эта дверь ведет в помещение кафе, – ответила Маша и, порывшись в сумке, достала ключ. – Я открою?
– Этого мы и ждем! – потер руки Михаил.
Они вошли в пропахшее хлоркой помещение столовой со стульями, поднятыми на столы.
– Ау! – звонко позвала Маша в звенящей тишине. – Никого…
– Маш, организуй нам закусочку. Неужели на кухне ничего нет? – сказал дядя Миша.
– Что‑нибудь обязательно есть в холодильнике, – ответила она. – Присаживайтесь, я на кухню схожу, – и она вышла в соседнее помещение.
– Хорошая, кстати, девка! – обратился к Гене дядя Миша.
– Да я что? Я ничего, – отвел взгляд Геннадий.
– Не везет только ей, все какие‑то мужики несерьезные попадаются, – задумчиво посмотрел на Гену вахтер.
Геннадий сделал вид, что он не понимает, зачем ему это все говорит старый вахтер.
– А так ведь – и хозяйка хорошая, и добрая она…
– Я не сомневаюсь, – спокойно сказал Гена и обернулся к вбежавшей в столовую Маше.
Лицо ее побледнело, а в глазах плескался страх.
– Там… там… – повторяла девушка.
– Что там?
– Там…
– Еды нет? Совсем, что ли, нечем закусить? – забеспокоился старик.
– Там кто‑то есть!
– Так неси сюда! – не понял дед.
– Там кто‑то живой! – выпалила она. – Я полезла в холодильник, зазвенела посудой, и вдруг раздались глухие удары и что‑то похожее на сдавленный крик. Я так испугалась! Не помню, как ноги унесла!
– Покажи‑ка! – встрепенулся Геннадий и рысцой побежал в кухню.
Маша еле поспевала за ним.
