Автор
Сегодня было нелегко — холодный дождь бил стекла, как свирель лунного барабана. Я сидела в тёмном баре, отхлебывая второй стакан, чувствуя одиночество и гнетущую пустоту ночи. Не зная почему, я предпочла остаться здесь, вместо того чтобы ехать домой, где уже ждала мрачная тьма....
– Лена, все должно быть на высшем уровне.
Вздохнув, я убрала его руки, и сама поправила ему галстук.
– Будет, Вадим Алексеевич.
Тихонов привлек меня к себе и поцеловал в шею.
– До встречи на работе.
– До встречи.
Я взглянула на время и торопливо сгребла в сумочку ключи от машины и пачку своих сигарет. До двух часов дня у меня было тридцать свободных минут, чтобы заскочить в магазин электроники и купить чертов фотоаппарат. Я просто обязана заснять измену своего суженого.
С фотоаппаратом мне повезло, консультант быстро подобрал нужную мне технику.
Когда я выбралась из своей машины со стаканчиком кофе, до встречи с управляющим оставалось двадцать минут, но Вика Кожухова уже ждала меня возле входа в ресторан «Мартинез».
– Слушай, а какая муха сегодня укусила нашего Вадима Алексеевича? – снимая очки от солнца, подруга с подозрением взглянула на меня.
Я непонимающе приподняла бровь.
– А что с ним?
– Да бешеный какой-то.
– А, это. Я ему утром отказала.
– В смысле?
– В смысле, он хотел пламенного секса, а я не дала.
– Кхм… Как ты могла? Такому кобелю, и не дать?
– Кобелю, Вика. Правильно ты подметила.
– Лен, секс полезен для здоровья. Могла бы расщедриться, у нас бы головы не трещали от его истерики.
– Пусть передернет, если так приспичило, – отмахнулась я.
– Ты все еще злишься из-за Колокольцевой?
Я вздохнула и отпила глоток кофе.
– Вик, Колокольцева – это вершина айсберга.
– Кто?
– Жена Стрельцова!
– Да иди ты… Серьезно, что ли?
– Серьезно то, что Вадим выделил под нее ставку! Видите ли, она лучшая ассистентка Стрельцова.
Кожухова изумленно распахнула глаза.
– Она что, тоже приедет?
– Да! Причем на три дня раньше самого Стрельцова!
– И что, она прям пишет твоему мужу любовные письма?
Я хмуро взглянула на здание ресторана и выбросила недопитый кофе в урну.
– Пишет, что в Москве ей было с ним хорошо! Представляешь?
Вика вдруг улыбнулась.
– О-о-о, чую, в новом корпусе будет весело.
Я вздохнула.
– Я хочу развод, Вик. Очень хочу, чтобы Вадим его дал.
Она покачала головой.
– Он не даст, Лена. Это я тебе, как психотерапевт говорю.
– Что, с точки зрения психиатрии с Тихоновым все так плохо?
Вика шумно вздохнула и достала сигарету.
– Ты хочешь знать правду?
Я кивнула.
Она прикурила и развеяла дым."
"– Правда, так правда. Ты сама попросила. Он нарцисс. А ты его любимая игрушка.
