Костя Воронцов — странний мальчик... На 1 сентября 2003 года, федеральная трасса Ставрополь-Кизляр. Моджахед оказался в тюрьме, сезон закончился. Арабы не платят за услуги, война уже ищет другого места. Дома теперь полны бардака, денег нет ни цента. Время летит, а работающих мальчиков на дорогах уже ждут тяжёлые будни — без «зелени» и «тумана»....
И у Васи – левое ухо. Что это, детская болезнь левизны?
Вторая повариха отсутствовала вовсе. Но самое страшное – Вася с Петрушиным в этот раз остались совсем без добавки! Петрушин попробовал было общаться с присутствующей поварихой, но тут же был с позором изгнан из кухни. О боже, что это?!
Иванов, не страдающий отсутствием наблюдательности, тоже кое-что заметил. После завтрака пригласил всех к себе в номер и вкрадчиво поинтересовался:
– Ничего не хотите сказать?
Петрушин шумно вздохнул и лаконично доложил всё как есть.
Результат: потерь в живой силе не имеем, но любовь кончилась, и теперь придётся питаться на общих основаниях, потому что добавки больше не будет.
Почему же так сурово?!
Да так... не оправдали чаяния боевых подруг.
Но не послушались добры молодцы. Вообразили себя этакими гусарами, не захотели бросать дам на произвол судьбы. Типа, гордые рыцари и всё такое прочее.
Вот такая грустная история.
– Последствия не наступят? – озабоченно уточнил Иванов.
– Да какие там последствия... – Петрушин печально вздохнул. – Их там было больше дюжины, все здоровые, как быки... Короче, все живы.
– Ну, теперь я буду спокоен, – злорадно заявил Иванов. – Теперь вам не надо никуда ходить, будете вечером по номерам сидеть.
"– Да херня всё это, – успокоил пострадавших молодцев многоопытный Глебыч. – Женское сердце отходчиво. Как синяки у них сойдут – денька через три-четыре, идите «наводить мосты». Куда они, на фиг, денутся...
До обеда Вася с Петрушиным потели в спортзале, потом героически бороздили воды реликтового озера. Мы с Серёгой резались в настольный теннис в фойе. Иванов читал, Глебыч заслуженно спал после напряжённого ночного преферанса.
