Автор
В зале изгнанников Алилов снова и снова набирает номер жены, но в ответ — протяжные гудки. Два звонка, три, еще несколько. В последнее время чтобы дозвониться Полине требуется упорство. Разговор с женой теперь медленен, напряжен. Ей уже не до эмоций: она по документам — жена, но в жизни он ей чужой и незнакомый человек, предоставленный им штампами в паспорте. Это начало их бесконечной трагической симфонии безвозвратных разрывов....
Слушай, ‒ начинаю издалека, ‒ знакомая у меня есть…
‒ Которая идеально мне подходит, ты спишь и видишь нас рядом, потому что мы словно две половинки одного целого, соединённые на небесах, встретились на бренной земле, чтобы больше никогда не расставаться!
‒ Чего?! ‒ выслушав длинную тираду, кажется, не понял ни единого слова.
‒ Ну, так же ты мне всегда говоришь?
‒ Вообще нет, ‒ начинаю смеяться, подхватывая задор друга.
‒ А если начистоту ‒ прекращай, Серёг. ‒ Голос становится серьёзным. ‒ Не хочу я никого и ничего.
‒ Три года прошло. Может, оно наступило, это самое время?
‒ Нет.
‒ Не может человек быть один. Не навсегда. Какой-то период ‒ возможно. Ты бы присмотрелся к окружающим тебя людям. Внимательно.
Не решаюсь сказать, что с минуты на минуты у Игната появится привлекательная соседка.
‒ Я смотрю, пока безрезультатно. Ничего не шевелится внутри.
‒ А в штанах? ‒ ржу во весь голос.
‒ Пошёл ты… Я ему о серьёзных вещах, а он… Короче, давай пока без знакомств, лады?
‒ Лады.
‒ Пока.
Да, Игнат, не время, совсем не время для знакомств. Вот только тебя никто не спрашивал, зная об отрицательном ответе. Придётся принять то, что с сегодняшнего дня обитает за соседней дверью. Твои желания не в счёт.
Покидаю офис в надежде, что мой план сработает и друг обратит внимание на светящуюся девушку по имени Нина. А там, возможно, и моя затея выгорит.
Глава 3
‒ И чего тебе не спится, мой друг? ‒ вместо приветствия вопрос.
‒ Не спится тебе, а я уже на работе погряз в сложных вопросах. Сегодня очередные переговоры с Прониным. И вообще, ты долго собираешься прикидываться больным? Так и сказал бы, что просто требовался внеочередной отпуск.
‒ Иди ты, ‒ фыркает Игнат, ‒ спина болит. Только вчера отпустило. А это был пятый укол. Ещё пять нужно.
‒ Давно говорил, бросай эту глупую затею с боксом. В тридцать шесть лет поздно скакать по рингам и что-то кому-то доказывать.
‒ Я же не профессионал, так, любитель, и только.
‒ Тем более. Ты мне в компании нужен.
Знаю, что бокс стал отдушиной для друга после потери семьи, когда он, неспособный найти место, прибрёл в клуб и неожиданно для всех стал участвовать в реальных боях. И всё бы ничего, вот только когда тебе под сорок, тяжело прыгать по рингу, изображая из себя спортсмена. Да и с молодняком тягаться не так просто, поэтому Игнат выкладывался на максимум, заработав довольно серьёзные проблемы со здоровьем.
