В июле 1942 года, на Курском, Белгородском и Волчанских направлениях продолжались кровопролитные битвы. Странным образом оживает мир среди взрывов, падающих домов и дыму войны в этом документальном рассказе "Противотанкист".
— Бахх!! — И ещё один самоход полыхнул прямо на мосту.
— Бах! Бабах!!! — Шедшее пятым в колонне штурмовое орудие разметало взрывом боекомплекта. Танкисты подловили его прямо на спуске, захерачив бронебой даже не в лоб, а в крышу рубки. А чего я жду?
— Егоров, по пехоте, заряд три, угломер тридцать ноль, левее ноль ноль один, прицел шесть девяносто четыре, один снаряд! — Медленно же летит мина, кажется, что время остановилось.
— Батарея, стрелять по ведущему, четыре снаряда беглым. — Сразу после разрыва подаю я команду.
— Левее ноль ноль два, прицел семь тридцать девять, один снаряд.
— Батарея, стрелять по ведущему, четыре снаряда беглым. — Стараюсь я отсечь немецкую пехоту от моста. А то самые хитрые пробрались садами к оврагу, думали их никто не заметит. Заметили и приветили, а также высушили и отжарили.
Остановившийся на пригорке артштурм вступил в дуэль с нашим КВ-1, когда четыре уже дымили. Ещё один неудачно съехал в овраг и застрял. Но последнему повезло больше, да и пушка у него была длинная с набалдашником на конце ствола, а не окурком как у других.
Наша пехота из ушаковского батальона рванула было к мосту, непонятно за каким хреном, но её отсекли миномётным огнём.
На этом попытка противника прорваться с нашей стороны в город закончилась, и до конца дня он инициативы не проявлял, хотя обстрел периодически вёл, как из миномётов, так и артиллерийских орудий, держал в напряжении. Разведку боем мы удачно отбили, хотя тяжёлый танк потеряли. Не совсем, но двигаться самостоятельно он уже не мог, а вытащить кавэ было нечем.
