В июле 1942 года, на Курском, Белгородском и Волчанских направлениях продолжались кровопролитные битвы. Странным образом оживает мир среди взрывов, падающих домов и дыму войны в этом документальном рассказе "Противотанкист".
Если есть окоп с фронта, то такой же может быть и с тыла, чтобы захлопнуть ловушку, когда добыча в неё попадётся.
Серый ждёт нас уже на подходе, показывая недовольство, мол где вы волки позорные запропастились. Ползём следом за ним, примерно предполагая, где может находиться другой окоп. Наблюдателя мы также заметили при свете ракеты, так как его силуэт отчётливо выделялся на границе света и тени. Время ещё есть, так что Вовка подкрадывается на расстояние одного броска, а я занимаю позицию для стрельбы. Плохо, что только одна каска торчит над бруствером, где может быть второй, непонятно.
Карта современная со спутника. Каракули мои для ориентировки читателей (с исторической почти совпадает, но здесь можно увеличить масштаб).
Глава 29
— Хлоп! Хлоп! Дзынь-нь!
Каска пропадает из виду, справа от меня мелькает пятнистая тень и скрывается в глубоком окопе.
— Чисто. — Доносится снизу Вовкин голос.
Вдох выдох. Вспоминаю я, как надо нормально дышать.
Неожиданно два серых помощника проскакивают мимо меня и устремляются наискось дальше в заросли. Делать нечего, бегу за ними, лавирую между кустов и молодых осинок. Успеваю только к шапочному разбору, услышав вскрик.
— Найн… — А дальше только хрип и бульканье как из порванной глотки.
— А вот и снайпер… Был. — Констатирую факт я, подбежав к месту происшествия.
Немец в камуфляже лежал на спине возле своей засидки, пуская кровавые пузыри из разодранной глотки и силясь что-то сказать или закричать. В расширенных зрачках застыл не просто страх, а дикий животный ужас. Ну так не каждому гансу повезло сдохнуть, лицезрев перед смертью вервольфа. Серый сидел в метре от головы фрица, и его он видеть не мог, я же наблюдал за конвульсиями врага стоя в его поле зрения. Промелькнувшую мысль — добить, чтобы не мучался, я даже не стал тормозить, а сделал зверскую рожу и облизнулся, смотря в глаза ещё живому покойнику.
Дождавшись пока тело перестанет дёргаться, обыскиваю ещё тёплого и податливого жмура. После чего забираю винтовку, документы, снаряжение и патроны, всё что может нам пригодиться, и иду к своим, к окопу на восточной опушке кустарника.
