Найджел медленно поднимается из-за стола, его взгляд скользит по залу, где уже зажужжали толкователи. Он чувствует на себе взгляд Елизаветы, и каждый ее мгновение смотрится как удача, подаренная судьбой. Казалось бы, пора отступать, но Найджел решает, что это только начало, и он не даст себя оставить без боя. В воздухе царит напряжение, а атмосфера в зале напоминает стены провинциального училища, где каждое движение можно прочесть как предвестие борьбы....
— Лиза, отлипни от этого неудачника! У нас ещё остались незавершённые дела, нам надо идти добивать агрессоров, — а сестрёнка-то всё продолжала разглядывать лежащего в саркофаге офицера.
— С чего ты взял, что он неудачник? — удивлённо спросила она.
— А ты считаешь, что оказаться в роли жертвы для ритуала вызова какого-то потустороннего монстра, это яркое проявление благосклонности Фортуны?
— Ну, у всех бывает в жизни чёрная полоса, но потом-то обязательно следует белая, и они чередуются… — Лиза явно пыталась оспорить мои утверждения.
— Ага, — продожил я, — это как у зебры, да?
— Да, — радостно согласилась Лиза.
— Гы! — я глумливо ухмыльнулся, — черная полоса, белая, чёрная, белая, — и пристально глядя на сестрёнку медленно завершил мысль, — а потом неминуемо случается задница.
— Ты грубый, — Лиза применила свой любимый полемический приём, то есть опять наехала на брата, правда, потом аргументировала таки свою точку зрения, — но, сам посуди, этот офицер вместо жертвенного стола попал ко мне, это ли не везение?
— Ну, если смотреть с этой стороны, то, наверное, да, — потом не удержался и ехидно добавил, — если, конечно, считать попадание в твои лапки везением.
— Ну, я уже же сказала, что ты грубый… — говоря это, Лиза уже успела надуться, как мышь на крупу.
— И не женственный, — согласился я с ней, — но ладно, хорош уже болтать, надо дело делать. Сейчас двинемся к порталу, а тут оставим пятерых гвардейцев для охраны этого твоего сомнительного приобретения, ну и за собранным лутом пусть, заодно, присмотрят.
— А мне обязательно идти с вами? — спросила сестра, надеясь, что я оставлю её тут, чтобы она могла и дальше продолжать любоваться роскошными офицерскими усами.
Но я не считал возможным пока отпускать её от себя, вот выйдет замуж — тогда пусть у мужа голова болит, а сейчас за неё я отвечаю, так что нечего…"
"— Нет, Лиза, пойдёшь с нами, — и увидев, что она скуксилась, объяснил свою настойчивость, — мне так спокойнее будет, когда ты на глазах у меня. А этого красавца мы, конечно, потом возьмём с собой, ещё насмотришься на него досыта…
— Обещаешь? — она недоверчиво прищурилась.
