После стало легче, проще. Он едва помнил лицо девушки из дома купца Вихрора.
Чичак была непривычно, почти по-мальчишески худа. Узкие бёдра, маленькая грудь. Кожа её была смуглой, и ростом девушка едва доставала Вячко до подбородка.
Он прошёл на нетвёрдых ногах к кровати и упал тяжело на мягкие подушки. Потолок над ним кружился, летал, и узоры сливались в пятно.
Долго они оставались в тишине. Но вот зашуршали тихо ткани. Девушка осторожно присела на дальний край постели, повернувшись к нему спиной.
– Ты тоже не знайишь, что делать? – робко спросила она.
Вячко поднял голову и посмотрел на неё. Чёрные косы спадали на узкую спину, он мог разглядеть под тканью линию плеч и тонкую талию. Без своего наряда, без платка и без кинжала Чичак казалась совсем беззащитной.
Он посмеялся над её словами.
– Нет, я знаю, что делать.
– Тогда почьиму? – она посмотрела на него через плечо, глаза широко распахнуты от страха, блестят от непролитых слёз. Разве она не должна радоваться, что он её не трогает? Вячко всегда казалось, что девушки боялись первой близости.
Он жевал губы, не зная, что ответить.
– Ты меня?.. не хотеть?
Она была красива, Вячко стоило это признать. Как диковинная птица, только в силки попал он сам.
Он снова засмеялся, на этот раз веселее.
– И да и нет, – признался он. – Ты красивая.
Она смотрела недоверчиво. Вячко опустился обратно на подушки, утонул в их мягкости. Он разглядывал узорчатый потолок, сотни тонких линий, что складывались в паутину рисунка. Пьяную дурную голову всё ещё кружило выпитое вино, и Вячко было хорошо.
– Но? – раздался взволнованный голос.
Вячко вынырнул из дрёмы. Он заставил себя присесть, хотя тело и плохо слушалось, руки подгибались, норовя уронить его обратно на постель.
– Ты угрозами заставила меня взять тебя в жёны, – нахмурился он. – Мужчине не может быть по нраву такая женщина.
Девушка повела чёрной бровью, обиженно и гордо вскинула голову. Промолчала.
– Неужели ты считала, что я полюблю тебя?
Ноздри Чичак раздулись, точно у бешеного быка, и вид стал грозным. Забавным. Вячко пьяно прыснул от смеха.
– Нет, – резко бросила она.
Чичак поднялась, прошла по мягкому пёстрому ковру к столику и налила вина в позолоченный бокал. Браслеты тонкими жёлтыми змейками съехали по её руке вниз, к локтю. Золото. Сколько золота было в доме хана Барджиля, у Вячко в глазах уже рябило от роскоши.
– Что за девушка будет угрозами и силой добывать себе мужа? Наверное, в Дузукалане ты совсем никому не нужна и уже слывёшь старой девой? – он сам не знал, откуда взялась в нём такая язвительность, но уже не мог остановиться.