Дьяк хитро ухмыльнулся:
– Юрий Григорьевич, я справки о тебе навел кое-какие. Человек митрополита – Гавриил – о тебе и твоих воинских подвигах в Рязани да походе на Смоленск рассказывал, так что я не удивился, что ты с малой командой разбойников посек, а вот я тебя удивлю. Знаком ли тебе купец Никифоров?
Я начал перебирать в памяти фамилии, пока наконец смутно стал вспоминать купеческую посиделку у меня дома, когда я собирался открывать сахарный заводик и банк. Да, похоже, такую фамилию я там и слышал. Об этом я и сказал дьяку:
– Встречались мельком.
– Видно, понравились ему твое добро да хватка хозяйственная, решил не упустить момент. Да ты не беспокойся, за ним в Рязань уже гонец отправлен, схватят разбойника, да в кандалы, сюда доставят, здесь мы и побеседуем.
Дьяк захохотал. Вот уж не ожидал, знакомы мало, худого ему не сделал, а поди ж ты, какую подлость чуть не сотворил.
– А с судном разбойничьим что делать? Оно у причала рядом с моим ушкуем стоит, я за причал плачу.
– Оно подлежит в доход государевой казны, на торги пойдет. А хочешь – ты плати деньги, твоим будет.
Я попросил на раздумье несколько дней, поинтересовавшись сначала ценой. В голове мелькнуло – Москва больше Рязани, если сюда возить доски, неплохой доход получится, только надо приобрести лавку недалеко от пристани. Приехав домой, поделился мыслями с Настей.
– Ежели все сам делать будешь – надорвешься, тебе с аптекарской школой забот хватит, подбери рачительного человека в управляющие.
Совет, конечно, разумный, да только где взять такого?! Москва – город и по тем временам большой, да людей не знаю. Решил посоветоваться с дворецким. Домом он управлял неплохо, может, знает кого. Оказалось, знает, у прежней владелицы был расторопный парень, хваткий в хозяйственных делах, да хозяйка замуж вышла, парень оказался вроде как не удел. Обещал завтра разузнать.
Усталый, поужинав, лег в кровать, сон не шел, в голове кружились мысли, с чего начать работу Аптекарской школы, с тем уже под утро уснул. Утром отправился на возке к зданию Аптекарской школы и остолбенел. Во дворе стояло около десятка крестьян и десятка полтора молодых монахов в рясах, подвязанных веревками. Я подошел, представился. Оказалось, это первые ученики. Пройдя с холопами в здание, я определил им комнаты на житье на первом этаже левого крыла, монахам – правое крыло здания. Выбрал самого статного из крестьян, назначив старшим и дав денег, отправил вместе с двумя монахами на торг, надо было обустраиваться – комнаты были пустые, на первое время надо было купить хотя бы матрасы и подушки, кухонную утварь. Один из крестьян добровольно вызвался готовить, о чем мы все потом не пожалели, готовил вкусно и разнообразно, был у человека к поварскому делу талант.