Встретившиеся в пробке на трассе, Вадим и Витольд не могут уехать. Казалось бы обычное ожидание, но затишье перед бурей — знак того, что опасность уже на пороге. Они видят друг друга словно во второй раз, а эта встреча обещает переполошить их судьбы в неожиданном и непредсказуемом приключении....
– Кажется, ты права, Лидка, – хмыкнул прямо в ухо. – Поеду, разберусь на месте. Если все так, как ты предсказала, с меня магарыч! – процедил он сквозь зубы, собираясь уйти.
Тонкие цепкие пальцы поймали его за руку.
– Пообещай мне, – велела сестра.
Сергей глянул на нее вопросительно.
– Если со мной что случится, помогай Наде. Не отдавайте ее родственникам мужа…
– Да ты с ума сошла, Лидка, – пробормотал Сергей и погладил по искусственным черным волосам. – Живи до ста лет.
– Сережа! – настояла она.
– Обещаю, не пропадет Надюшка.
Лида слабо улыбнулась и махнула рукой, словно куриной лапкой.
– Поезжай, Сереженька, – попросила она. – Буду молиться за вас.
Когда за братом закрылась дверь, Лида, убрав со стола колоду, зажгла свечи и принялась бормотать молитвы, прося всех святых отвести от Сергея Майю Баженову.
Лида выглянула в окно, махнула на прощанье брату.
– Теперь долго не сунется, – хмыкнула чуть слышно Лида. И сразу почувствовала что-то враждебное. За всю свою многолетнюю практику она частенько сталкивалась с подобным ощущением. Словно сажей измазалась. Противной и липкой. Приходилось отчитывать молитвы и совершать специальный обряд очищения.
Лида закрыла глаза, стараясь сосредоточиться. Первый раз Майка применила подобную тактику лет в семнадцать. Скорее всего, дала что-то выпить. Подействовало. А потом уже шло по накатанной. Как лекарство. Чтоб никуда не делся. Удобно. Очень.
Лида чувствовала, как ее душу затопляет лютая ненависть к Баженовой.
"– Нет, – остановила она сама себя. – В лягушку ты Маечку превращать не станешь.
Она достала рамку – две изогнутые под прямым углом палочки – для определения биополя и решительно прочла заговор, вызывающий фантом Сергея. Рамка закачалась, забегала в разные стороны.
– Ну держись, сволочь, – воинственно пригрозила Лида подружке брата и принялась снова и снова отчитывать знакомые молитвы. Потом опять взяла в руки рамку – палочки остановились как вкопанные.
