Я проснулась от мягкого взгляда Кирстена. Его взгляд был ласковым и игривым, как будто умудренный опытом учитель, наблюдая за своими воспитанниками. Улыбка сама собой вышла на губы, но краснеть всё равно не хотелось. Спальня была позаимствована Кирстеном, и даже в полумраке он казался уютным....
Ощущения подтвердились — всё это время боевик таранил меня взглядом и точно знал, что обернусь, потому что даже не моргнул. Более того, он оставался невозмутим, как сытый дракон, и зол, словно рой диких пчёл. Но спустя мгновение Кир это спокойствие утратил…
Дверь в аудиторию отворилась. В царившем безмолвии уверенный голос Тэссиана прозвучал как-то ну о-очень по-особенному.
— Профессор Ликси, извините, что прерываю. Мне нужна госпожа Эмелис.
Маска невозмутимости с лица Кирстена слетела, брюнет дёрнулся, а я обернулась к преподу.
— Повод? — спросил лектор хмуро.
— Госпожу Эмелис вызывает ректор.
Я тут же отложила перо, захлопнула тетрадь и принялась завинчивать чернильницу, но Тэссиан перебил:
— Госпожа Эмелис, не нужно. Господин Морвен сказал, вопрос на четверть часа, вы успеете вернуться.
О том, что кое-кто моё намерение проследовать с Тэссианом не одобряет, я узнала ещё до того, как в аудитории прогремело решительное «Эмелис никуда не пойдёт!».
— Кир, ты нервы лечить не пробовал? — огрызнулся помощник ректора.
Послышался глухой рык, но я внимания не обратила. Благодарно кивнув сокурсницам, встала, но выбраться из-за парты не могла, потому что сидела в середине. Девочки тоже поднялись, причём все. Дружно и медленно, мы двинулись к двери.
— Эмелис, стой! — рыкнул Кирстен.
Я не видела, но судя по звукам, с места не только он вскочил…
— Не смейте! — взвизгнул Ликси. — Не смейте применять магию в корпусе! Иначе все из академии вылетите! Сегодня же!
Реплика явно не к девчонкам относилась, к боевикам.
— Эмелис…
Я не слушала. Решительно подошла к Тэссиану, кивнула.
— Мы прикроем, — сообщила Милли, которая всё это время держалась рядом.
Вот теперь я обернулась, чтобы увидеть ещё одну небывалую картину — магички выстроились полукругом, перекрывая выход. Щиты, разумеется, слились. Без перехода на второе зрение они выглядели как большой, но блёклый мыльный пузырь, зато когда я это второе зрение активировала… Радуга! Яркая, сильная, незабываемо прекрасная.
Впрочем, перекошенные лица боевиков, которым всё-таки хватило ума попридержать атакующие заклинания, понравились не меньше.
— Девочки, с дороги, — прорычал Кир.
— Перетопчешься. — Рык рыжеволосой Дирры был столь же грозен.
Точно знаю — на этом разговор не закончился, но я его продолжения не слышала.
