Я выглянула за дверь — там никого не было. Тогда стащила одеяло, натянула его на себя и, прикрыв таким образом свое тело за неимением другой одежды, покинула комнату.
На этаже, где мы ночевали, было три комнаты. Обитателей двух других я не увидела, зато заметила, что наверху находятся стропила, то есть это был чердак. Тогда отсутствие соседей объяснялось просто: там жила прислуга, занятая сейчас утренними хлопотами.
Внизу были слышны звуки разговора. Я учуяла запахи, среди которых ясно различила запах жареного мяса. Живот дал санкцию спускаться вниз, потому как сэндвич и миска супу — это слишком мало для двадцати четырех часов с лишком.
Я придала одежде — или тому, что ее заменяло, — если не приличный вид, то хотя бы сколько-нибудь удобный для меня. По крайней мере, грудь была закрыта, а что конец одеяла тащился по полу, то я взяла его в руку.
Мясо жарили на первом этаже. Оттуда же доносилось звяканье посуды и звук пережевываемой еды. Я открыла дверь, попав в длинную комнату, служившую здесь столовой.
Разумеется, завтракали только девушки и женщины. Всех было около тридцати, и большинство сидели почти голышом, впрочем, кое-кто был в платьях. Мое появление не осталось незамеченным: одна из девушек, сидящая в конце стола, помахала мне рукой, показывая, что для меня есть место.
— Новенькая? — Она рассматривала меня с профессиональным интересом. — Мадам, вообще-то, принимает только до двадцати пяти, а тебе больше. Но мордочка твоя хороша, так что не переживай — все получится. Да уж, наверное, получилось, раз ты ходишь в одеяле.
— Да, смазливенькая, зубы белые, кожа в порядке… — вмешалась брюнетка, сидящая напротив нас. — Сиськи, кажется, тоже.
Она перегнулась через стол, взглядывая на верх одеяла. Невольно я оказалась в центре внимания.
— А вообще, не бери одеял и ни простыней, ни покрывал — мадам ругается. Ходи в своей рубашке, но с кровати не тащи, — консультировала девушка, позвавшая меня.
— И смотри, чтоб на белье ничего не оставалось. Это тоже не нравится мадам, да и с тебя высчитают потом. — Брюнетка следила за мной, пока я молча осматривалась по сторонам.
— Миленькая, как тебя звать? А то мы тебя усадили и заговариваем. Я, к примеру, Доркас, — низенькая улыбчивая девушка, похожая на булочку, встряла в разговор, — а это Пегги, — ею оказалась брюнетка, — а вот и Молли. — Блондинка Молли была позвавшей меня.
— А я Клэр, — кутаясь в одеяло, произнесла я.
Что ж, девушки сочли меня своей товаркой, а я не представляла, как разубедить их. Но сейчас превыше всего было мое желание плотно покушать. Объяснить все можно будет потом. Не обидятся же они, в самом деле, что я съела чей-то завтрак. Все желающие поесть были уже внизу, когда я пришла.