Автор
В свете дешевого света и капель дождя сквозь трещины в окне, мы видим девочку Одэллию, готовую укрыться за своим единственным убежищем — шёлковым платьем. Несмотря на непогоду, в доме хватает тепла от старого камина, который издает глухой стук и бормочет зловещими магическими приказками. Этот рассказ ожидаемо несёт атмосферу приключений, ужаса и смеха, где каждая капля дождя может быть началом нового приключения....
Фуллия была счастлива, что нашла способ добраться до денег, отложенных герцогом на свадьбу дочери, пусть ей и придётся поделиться с Женном.
Я же облегчённо выдохнула и легонько пожала ладонь Стаца.
«Нет никаких бумаг, — выразительно посмотрела на него. — Может, и есть, но вдова не решилась их предоставить, зная, что генерал Карающего меча заинтересованное лицо в этом деле».
Фуллия рассчитывала на то, что все покорятся воле умершего? Что я подчинюсь из боязни потерять лицо? Что добровольно отдам наследство Одэллии расточительным родственничкам?
Не на ту напала!
— Извините, — громко проговорила я, привлекая внимание.
О, какой взгляд мачеха бросила на меня! Если бы им можно было убить, мои останки сейчас разлетелись по всей округе. Фуллия смотрела с такой ненавистью, что было непонятно, как она сдержалась и коброй не набросилась на несносную падчерицу? Сжимая кулаки, она процедила, с трудом сохраняя жалобный тон:
— Что же это за это причина?
— У меня будет ребёнок от господина Ревска, — чеканя слова, громко проговорила я.
Стац резко повернулся и замер, лишь глаза его становились всё шире и шире. Я понимала изумление мужчины, ведь мы так и не перешли заветную черту. Но другого выхода у меня не было. Я не собиралась проигрывать мачехе. И теперь на кону её слово против моего.
— Поэтому мне придётся поступиться волей отца и выйти замуж за генерала, — добила бледную и дрожащую Фуллию.
Глава 49
Каюсь, я далеко-о-о-о не ангел!"
"Иногда после работы приходилось ехать на дачу, чтобы полить грядки в засушливый день или прикрыть дверцу теплицы в прохладный.
В общем, поднималась и, ощущая себя зомби, топала на последний автобус. Разумеется, там уже была длиннющая очередь, и все с корзинками, мешками, рюкзаками. О том, чтобы занять сидячее место, не могло быть и речи.
Однажды я почти заняла последнее сидячее место! Я стремилась к нему, как утопающий к берегу, но мужчина лет тридцати, что стоял за мной в очереди, оказался быстрее и плюхнулся на сидение перед моим носом. А потом нагло уткнулся в телефон, делая вид, что всегда здесь сидел.
Я не стала ругаться, требуя справедливости, но и молчать не стала.
