В мире безумных попыток завладеть человеческой душой, где даже мельчайшие праведники кажутся злом — вот та незримая суть, что притягивает в ад. Но если и есть что-то реальное за обветренными стенами Ада, то это не мучительный ад из грёбанных котлов, а сердце мира людей — их надежды, страхи и любовь. В этой книге ты окажешься в сценах между миру и адом, где правда охватывает фантастическую повседневность....
Всё внутри заледенело. Стало тяжело дышать."
"— Что значит «нет»?! — голос сорвался. Я решил, что ослышался. Не так понял. Ошибся. Ошибся же? Проклятье, Аилин, скажи, что ты пошутила! Что, бездна дери, происходит?!
— Евы нет в Ордене, — повторила Аилин по слогам. — При всём моём к тебе уважении, Велар, твоя супруга ужасна! Сначала она пыталась заключить контракт с демоном…
— С Дарком, но…
— Да хоть со всей Пустошью! Это мелочь по сравнению с тем, что она сделала потом, — богиня закрыла глаза и шумно выдохнула.
Глава 30
Наверняка существовал способ выбраться из Ордена, не прибегая к чужой помощи. Ева чувствовала, как зарождающаяся идея бабочкой порхает по краю сознания. Ещё чуть-чуть — и разрозненные фрагменты начнут складываться в голове в единую, связную картину мыслей.
Ева подтянула колени к груди, вспоминая всё, что успела прочесть о законах Верхнего мира за время пребывания в Пустоши: Велар щедро делился знаниями и перевёл на её родной язык множество книг по истории и культуре древних существ.
Роясь в памяти, Ева лихорадочно искала способ быть изгнанной из Ордена, не заключая контракт.
Ева не питала иллюзий: Велар не оставит бывшую супругу в покое, снова попытается заполучить, но, по крайней мере, небесные законы будут на её стороне.
«Но действовать надо сейчас, — подумала пленница.
Она проанализировала то, что узнала из книг о законах и порядках светлой империи, и нашла очевидное решение: нужно совершить преступление, которое заставит ангелов отправить её в ад для нового приговора, более сурового, чем работа в карьерах.
В Пустоши Ева попадёт в объятия бывшего мужа. Вряд ли Велар отдаст свою пару в лапы инфернального правосудия, но и дорогу домой не покажет.
