Автор
В душную минуту в гостиной Мередит зазвонил автоответчик. Паркер понимал: это опять звонок отца. Бледная и измученная Мередит стояла у окна, молча переживая кризис. Новый вызов подчеркивал разрыв между ними — ни слова доверия, ни даже предупреждения.
Откинувшись во вращающемся кресле, Мередит улыбнулась портрету Бенкрофта, основателя компании, висевшему в широкой вычурной раме на противоположной стене, и, охваченная внезапным Приступом сентиментального счастья, поглядела на бородатого человека искрящимися голубыми глазами.
— Ну что ты думаешь обо мне, дедушка? — с любовью прошептала она. — Я все правильно делаю?
Неделя шла к концу, и Мередит была по-прежнему поглощена работой. Успех сопутствовал ей во всех делах, кроме одного: отец отправился в круиз, но перед этим сдержал свое обещание и уладил дела с комиссией по районированию, но Мередит никак не могла связаться с Мэттом, чтобы сообщить ему обо всем.
Сколько бы она ни звонила ему в офис, секретарь коротко сообщала, что он либо уехал из города, либо отлучился с работы. Днем в четверг, когда Мэтт так и не позвонил, несмотря на все просьбы Мередит, та попыталась снова. На этот раз секретарь передала сообщение от Мэтта.
— Мистер Фаррел, — объявила она ледяным голосом, — просил вас обратиться не к нему, а к его адвокатам, Пирсону и Левинсону.
И женщина повесила трубку!
Мередит разъяренно уставилась на телефон и уже было решилась отправиться в офис Мэтта и настоять на встрече с ним, но передумала: вероятнее всего, он в его теперешнем настроении просто велит вывести ее из здания да еще полицию вызовет! Поняв, что сейчас важнее всего оставаться хладнокровной и объективной, Мередит спокойно размышляла, что предпринять, совсем как в случае возникновения любой деловой проблемы.
"Но другой такой престижной конторы, как «Пирсон энд Левинсон», в Чикаго просто нет.
