Триллер о смертельной игре, где охотник становится добычей. Главный герой расставляет капкан для врага, но не замечает, что сам попал в ловушку. В мире, где каждый шаг может стать последним, выживет только тот, кто предугадает ход противника. Напряженная борьба за жизнь раскроет истинные...
Главное, пусть половину имущества тебе отпишет, а потом делает, что хочет. А то знаем мы этих олигархов! Начнет себе через пяток лет новую жену искать.
Помоложе да покрасивее."
"— Инна, что ты такое говоришь! Какое имущество, какая новая жена! — попыталась осадить Маша, заливаясь краской возмущения.
— Жизнь я говорю, Машка. А ты у нас вечно в облаках летаешь. Любовь себе выдумаешь и живешь в сказке.
— Инка, прекрати! — рявкнула Эльвира, окончательно потеряв терпение. — Задрала уже своими припадками! Не можешь пережить, что Машка счастлива наконец-то?
— Богданова, ты за словами следи…
— Это ты за словами следи! И катись в задницу со своей такой вот «жизнью»! А лучше сделай единственно умное, что можешь сейчас сделать!
Встань и уйди отсюда! Просто встань и уйди! Молча! Свали! Не порти сестре настроение! Ты уже и так постаралась! — Стало совершенно наплевать, что после этого, вероятно, Инка и с ней перестанет нормально общаться. Ну и не надо. Не стоит оно того.
Инка вылетела из-за стола и почти бегом направилась к выходу.
— Маша, не слушай ее, — тут же начала убеждать Эльвира, боясь, что злые слова сестры застрянут у Машки в голове. Не дай бог, надумает себе чего-нибудь из-за этой завистливой идиотки. Все-таки беременность — особенное состояние. Женщины в этот период становятся чувствительными, нервными, мнительными.
— Я не слушаю, — бесцветно отозвалась Мария, провожая взглядом выскочившую из-за стола сестру и вытирая слезы. — Я просто не понимаю, за что…
— У вас с Виталей всё нормально, всё правильно. Вы друг друга любите, ребеночка ждете. Скоро поженитесь. Всё хорошо у вас. Он тебя любит безумно. Даже не слушай, что эта дура плетет.
— Не слушаю я. Всё. Хватит. Это была наша последняя встреча. Последний разговор. Видеть ее больше не хочу. Совсем бессовестная она стала.
Так опошлила всё, сил нет. Я как будто перед ней оправдываться должна, что муж у меня богатый, что любит меня, что ребенок у нас будет…
— Она завидует. Не может пережить, что у тебя хорошо с Бажиным сложилось. Сложилось и слилось так, что лучше просто не бывает.
— Как так можно?
— Можно, видишь же. Можно! Самое забавное, что Инна считает себя правой. Никакой вины за собой не чувствует и никогда ее не почувствует. Она считает, что ее обидели. Непонятно только чем.
— Знаешь, нам тоже счастье нелегко далось. Мне. Конечно, сейчас с виду всё легко. Только мы с Виталей знаем, как у нас складывалось. Как ему тяжело было… Как он ждал, пока я приму его… пока доверять начну.
