В гостях у Машеньки на кухне, где обычно царит хаос, вдруг появляется порядок и вкуснячки. Но это лишь приглашение к веселью, когда Инна решает показать свою деликатесную кулинарию, готовая не просто дома, а прямо на кухне.
— Мария, неужели вы не уделите мне несколько минут вашего драгоценного времени? — Холодная улыбка растянула тонкие губы, но глаза смотрели пронзительно, словно гипнотизировали.
— Боюсь, что нет. Я спешу, — собралась подняться с места и вздрогнула от неприятного ощущения, когда Юдин положил ладонь на ее руку."
"— Я вас надолго не задержу. Вы просто обязаны кое-то узнать. Мы просто поговорим! — засмеялся и вскинул ладони, будто демонстрируя свою открытость. — И желательно наедине. Пусть подруга посидит за соседним столиком.
Маша кивнула Эльвире, и та вышла из-за стола, но не затем, чтобы безвольно наблюдать за этим странным мужчиной и странным разговором.
Случись что с Машкой, Бажин точно ей голову оторвет. Не сомневаясь в правильности решения, набрала номер Мелеха. Жалко, что телефона самого Бажина у нее нет, ему бы позвонила.
Слава богу, ответил Рома быстро, с третьего гудка:
— Уже соскучилась?
— Мне тут вообще не до скуки. Мы с Машкой в ресторане, в котором с тобой тогда были, и какой-то Юдин нарисовался. Мозги ей пудрит. Она напугана, кажется. Что делать?
— Я сейчас приеду. Сиди на месте. С Машки глаз не спускай. Ничего не делай, не дергайся, просто смотри, чтобы она при нем ничего не пила и не ела.
— Хорошо.
ГЛАВА 24
Виталий ждал Марию в кабинете: смирно сидя за столом, но внутренне не находя себе места. Роман сообщил, что случилось. Выходка Юдина ни капли не удивила. Иметь такой козырь и не пустить его в ход было бы глупо. Чего-то подобного Бажин ожидал. Теперь им с Машей предстоял тяжелый и неприятный разговор о том, о чем он добровольно никогда бы не стал рассказывать. Ему этот разговор как пистолет у виска, но выхода не было.
Маша вошла к нему тихо. Стараясь держаться подальше, нерешительно присела на диван в нише между книжными стеллажами. Заплаканная, напряженная. Понятно, конечно, почему. И все же страх, который Виталий заметил в ее глазах, больно резанул по сердцу. Мысль, что она поверила Юдину, отравляла подобно яду.
Начинать разговор не спешил, позволяя ей отдышаться, продышаться и что-то сказать первой.
— Нам надо поговорить, — наконец начала Маша после минутного молчания. Голос дрожал. Хотя видно, что она всеми силами пыталась придать ему твердости.
— Конечно, — согласился Виталий. — Ты, главное, не нервничай. Мы обязательно обо всем поговорим.
— Прямо сейчас.
— Само собой, прямо сейчас.
— Скажи мне всю правду. Я должна всё знать. Юдин мне предлагал уехать, но я вернулась, потому что хочу услышать от тебя правду.
