В череде повседневных дел и знакомых забот она внезапно почувствовала себя невероятно захваченной. Её спасение от ужаса вдруг стало вопросом жизни и смерти, когда кто-то неотступно преследовал её, переполненный злобой и яростью. Неужели это могло случиться с ней? Отчаянье и тревога смешивались в воздухе угрозы, словно расколотые сны в черной бездне....
Бреннан с деланным недоумением развел руками и снова обратился к доктору:
– Утверждаете, что за тридцать лет работы с людьми, страдающими различного рода нарушениями психики, не наблюдали ни единого случая расщепления сознания?
– Совершенно верно.
– Поразительно. Как вы можете это объяснить суду?
– Очень просто. По моему мнению, никакого расщепления сознания вообще нет в природе.
– Странно. Весьма странно, доктор. Разве в литературе не описаны примеры деперсонализации?
– В литературе много что описано, – фыркнул доктор Ларкин, – но это не значит, что такая вещь есть на самом деле.
– Интересно, крайне интересно. Значит, вы, опытный психиатр, не верите в существование расщепления личности?
– Абсолютно не верю.
– Спасибо, доктор. Защита может приступать к перекрестному допросу, – торжествующе ухмыльнулся Бреннан.
Настала очередь Дэвида.
– Мистер Ларкин, вы бывший президент Чикагской психиатрической ассоциации, не так ли?
– Верно.
– И, должно быть, встречались со многими блестящими авторитетами в области психиатрии?
– Да, и горжусь этим.
– Знакомы ли вы с доктором Рейсом Сейлемом?
– Да, и очень хорошо.
– Он хороший психиатр?"
"– Превосходный. Один из лучших.
– А доктор Клайд Донован? Что скажете о нем?
– Я знаком с доктором Клайдом Донованом.
– Что можете сказать о его профессиональных качествах?
– При необходимости я обратился бы именно к нему, – заверил Ларкин со смешком.
– Ну а доктор Ингрэм? Его вы знаете?
– Рэя Ингрэма? Безусловно. Прекрасный человек.
– И компетентный в своей области?
– Ода.
– Скажите, бывает ли так, что при постановке диагноза возникают разногласия, или, как правило, врачи редко спорят?
– Разногласия бывают, и довольно часто. Видите ли, психиатрия – наука крайне сложная и не укладывается в какие-то определенные рамки.
– Благодарю, доктор, все это весьма интересно, особенно потому, что вышеуказанные врачи-психиатры приехали сюда, чтобы свидетельствовать в пользу существования такого недуга, как расщепление сознания. Возможно, они не столь квалифицированны, как вы, но тем не менее… У меня больше нет вопросов, свидетель свободен.
– Станете проводить прямой допрос повторно? – осведомилась судья у Бреннана.
Тот кивнул и приблизился к свидетелю.
