В череде повседневных дел и знакомых забот она внезапно почувствовала себя невероятно захваченной. Её спасение от ужаса вдруг стало вопросом жизни и смерти, когда кто-то неотступно преследовал её, переполненный злобой и яростью. Неужели это могло случиться с ней? Отчаянье и тревога смешивались в воздухе угрозы, словно расколотые сны в черной бездне....
Да…, она была в гостях у Тиббла, и тот уговорил ее выпить вина и дальше… Дальше – пустота."
"Должно быть, ублюдок подсыпал что-то в вино, какую-то пакость, от которой она лишилась памяти. Газеты постоянно кричали о подобных историях. Мерзкое снадобье называли “наркотиком насилия”. Не одна доверчивая дурочка пала жертвой подлецов, подобных Тиббсу. И среди них – она, Эшли Паттерсон. Все эти разговоры насчет советов и страстной любви оказались не слишком хитрой западней.
Она совершенно не помнила, как летела в Чикаго вместе с Тиббсом и кто снимал этот убогий номер.
«Сейчас самое главное – поскорее добраться домой!»
Эшли брезгливо поморщилась. Она сама себе казалась нечистой. Казалось, ее вываляли в грязи, осквернили каждый дюйм тела. Что он сделал с ней?
Уговаривая себя успокоиться, она вошла в крохотную ванную, включила душ и встала под воду. Теплые капли струились по коже, смывая все омерзительные гадости, которые он проделывал с ней.
Настоящая панельная девка! Хорошо еще сумочка осталась!
Эшли порылась в кошельке. Всего сорок долларов!
Но, слава Богу, чековая книжка и кредитная карточка на месте!
Она выглянула в коридор. Никого. Эшли спустилась на лифте в грязноватый вестибюль, подошла к стойке и предъявила пожилому портье кредитную карточку.
– Уже покидаете нас? – ухмыльнулся он. – Жаль! Зато неплохо время провели, верно, лапушка?
Эшли воззрилась на него, гадая, что он имеет в виду, и боясь спросить.
Портье сунул ее карточку в POS-терминал «Устройство для проверки платежеспособности кредитных карточек.», нахмурился и повторил процедуру.
– Прошу прощения, на вашем счету ничего нет. Вы превысили лимит.
Эшли потрясенно открыла рот. Кошмар продолжается.
