В Varя затаила дыхание — Арина уже ложится спать, но Варя все еще крадучись перебирает бумажные пакеты с магазина детских товаров. И только когда Арина просыпается от шума, она чувствует облегчение и радость, заключенную в этих тонких посланцах детьми и родителями. Варя знает, что это — начало нового дня с новыми надеждами на семейные вечера и новые воспоминания о спящем мире вокруг них....
Я не желаю тебе счастья.
– Хорошо…
Оглянувшись, упирается рукой в стену около моей головы и снова брезгливо морщится.
– Потому что я тебя не уважаю… Я презираю тебя, твою тетку и всю вашу семью. Ты недостойна счастья, Варя.
Мою кожу снова жжет. Я набираю полную грудь воздуха, чтобы отбить его оскорбления, но он застревает там большими плотными пузырями.
– С такими, как ты, опасно иметь дело, – смеется хрипло и замолкает на несколько мгновений, когда мимо нас проходит кто-то из сотрудников, – Красивая снаружи, и гнилая внутри…
Я пытаюсь увернуться от летящих в меня острых клинков.
– Меня выдернули из делегации, ты знала?..
– Нет…
– Из-за тебя… Министерство гудит от слухов, что в семье Бжезинских скандал. Это задело моих мать и отца.
– Мне жаль, – выдыхаю прерывисто.
– Жаль? – цедит, скалясь, – Я желаю, чтобы твоя жизнь была разрушена так же, как и моя! Я желаю тебе несчастья, Варя!.. Будь несчастлива!
Долбящее в ребра сердце мутит сознание, а лоб покрывается испариной.
Я вижу в конце коридора силуэт Лешки и начинаю задыхаться.
Глава 54
Варя
Приступ удушья и внезапная тошнота хватают за горло леденящим ужасом. В груди разливается тупая боль.
Слышу звук падающих на пол предметов и хватаюсь руками за шею. Страх задохнуться сводит с ума, а голову распирает изнутри до ощущения вздувшихся вен на висках.
– Варя!.. – как сквозь плотный слой ваты доносится до меня голос Лешки.
Ничего не вижу. Пытаюсь смотреть на него, и не получается! Туман и серые тени перед глазами лишают последних сил.
Сознание работает с перебоями. Из ощущений только тактильные. Рывок вверх, сильные пальцы на моем лице и, наконец, чувство невесомости.
В какой-то момент кажется, что это конец. Меня затягивает все глубже. Притупляется даже страх.
Прихожу в себя от слепящего света. Понимаю, что жива и могу дышать. Склонившийся надо мной врач проверяет зрачки фонариком.
Опустошение и слабость на секунду наводят на мысль, что меня парализовало – не могу пошевелить даже пальцем.
– Слышите меня?
– Да, – открываю рот.
Слышу, да. И вижу Лешку за ее спиной. Его лицо застывшая маска.
– Часто с вами такое случается?
– Нет… – обессиленно прикрываю глаза, – Теперь нет.
Веки будто свинцом налитые, наверное, вкололи что-то. Думать лень, хочется отключится хотя бы ненадолго. Все остальное потом.
Последующие события отпечатываются в памяти набором не связанных друг с другом кадров.
