Тот, наблюдая за всеми, ел уже шестой пирожок. Этот, кажется, с вишней.
Кира заговорщески перешептывалась с Ритой и Светой. Те что-то быстро искали в интернете.
— Пап, смотри какой мундир. На тебя как раз. Для бала. Генерал от инфантерии. Годится?
От Вашкиных домой пошли пешком. На набережной с понтона доносилась музыка.
— Смотри, как в фильме "Римские каникулы", — Кузьмин потянул Лёлю к парапету.
Там внизу играл небольшой оркестр. Пары танцевали то, что теперь зовётся "социальными танцами". Хастл, кажется. Неплохо двигались под лиричную мелодию в джазовой обработке.
— Ты смотрел это фильм?
— А что тебя удивляет?
— Это один из моих любимых. И единственный, где выбор в пользу своего долга делает женщина.
— Ты и это смотрел? Слушай, а ведь правда.
— Лёль, а почему тема выбора в пользу долга? А не любовь, приключения?
— Понимаешь, я когда читала в юности, меня цепляло то, что женщины-героини страдают от того, какой выбор делают их мужчины. Вот в "Поющих в терновнике", например. Выбор между долгом и любовью часто делается в пользу долга. Я не понимала, да и сейчас не понимаю почему. Почему осуждают Андрия из "Тараса Бульбы"? Он же выбрал любимую. Ту, что стала для него всем. И жизнью, и Родиной.
— А что по этому поводу говорит Дашута?
— Дашута, кстати, со мной солидарна. За что в институте даже пошла на пересдачу. И потом семестр не получала стипендию.
— Что они танцуют? Ты в этом что-нибудь понимаешь? — Кузьмин обнял её со спины, покачивая в такт мелодии.
— Я в детстве два года ходила на бальные танцы. Но это, кажется, хастл. Такого в Североморске не было. Это Кирка у нас спец. Кизомба, бачата и прочее. А Вашкины, видишь, по историческим балам теперь.
— А почему ты бросила?
— Не хотела танцевать с девочкой.
— Ну, как, мальчиков в таких кружках всегда мало. Вот нас и поставили с девочкой. Я сказала, что лучше никак не буду, чем так. И ушла. Мама тогда страшно возмущалась.
— Я, представляешь, тоже ходил. Четыре года.
— Ты? На танцы? И почему бросил?
— Не хотел танцевать с девочкой. У неё были мокрые ладошки и противный голос.
— Солнце, потанцуешь со мной? — Кузьмин потянул её к лестнице.
Он так уверенно держал её за руку и так смотрел, что отказать сил просто не было. Она сто лет не танцевала. Хотя любила это дело очень. Что мешало за все эти годы заняться танцами снова?
И вот они на площадке. Много молодёжи. Но есть и люди постарше. Каждый двигается так, как может. У кого-то очень приличный уровень.
