Автор
Яна внимательно рассмотрела своё отражение в зеркале: светлые волосы слегка выбились из прически, глаза горели живостью. Домашний костюм из тонкого шелка немного помят, но сейчас она была самой главной чистюлей в семье. Фокус сместился - сегодня я отвезла детей к маме и начала планировать свою первую стратегическую маневр в игре на выживание....
- Мам, - перебиваю тихо.
- Что? – резко останавливается она, неуклюже поправляет волосы.
- Он... звонил?
В палате создается противный вакуум. Почти такой же, как внутри.
- Нет, - мама недовольно поджимает губы и быстро отворачивается.
Равнодушно киваю, прикладываясь лбом к холодному стеклу.
Скоро осень наступит. Маша пойдет в школу. Второй класс. Надо купить ей новое пальто, обязательно. Прошлогоднее еще в мае было маловато.
- Вера звонила, - говорит мама весело. – И Света. Требуют сдать твое местонахождение.
- Дай ей адрес, пожалуйста, - прошу и снова нацеливаюсь на санузел.
Кожа чешется и горит просто нестерпимо.
- А Свете?
- Свете не надо. Не хочу никого видеть…
Глава 14 Яна.
На следующий день ко мне приезжает Оля. В деловом костюме и идеальным макияжем на холодном лице.
Не знаю… Зачем?!
Старшая сестра никогда не была мне близкой. Слишком разные. Моё замужество с неподходящим для семьи человеком увеличило эту разность до огромной, зияющей пропасти.
- Как ты? – спрашивает Оля, размещая на столе объемный бумажный пакет из дорогого супермаркета. – Выбрала тебе фрукты и ягоды. Специально заезжала в торговый центр. Там ни припарковаться, ни выехать. Все как с цепи сорвались с этим первым сентября. Неужели ничего нельзя делать заранее?! Я Кирюхе форму еще в мае швее заказала. С хорошими тканями-то сейчас беда, ждать два месяца. Рюкзак финский через байера тогда же выписала. Ведь это так просто, делать все заранее? Я.
- Может, у людей денег не было, Оль?! – перебиваю равнодушно. – Получили зарплату и поехали покупать.
- Не было денег на рюкзак? – морщится сестра. – Зачем тогда детей рожали?
Мутит от её снобизма.
Я настолько опустошена, что мне даже лицо держать не хочется. И быть гостеприимной тоже. Поэтому безучастно отворачиваюсь к стенке и прикрываю глаза.
Неужели непонятно, что я…
Просто. Хочу. Остаться. Одна.
Человек, который был бы мне нужен, всё равно не придёт.
И в этом я сама виновата. Я кругом, куда ни плюнь, виновата.
Вина словно бетонная плита давит на грудь, сжимая ребрами сердце.
- Могла бы и спасибо сказать, - шипит сестра за спиной, усаживаясь.
- Спасибо, - отвечаю ровно.
В палате тихо. Слышно только, как Оля поигрывает золотым браслетом на запястье.
Раздражает.
- Янка, - зовет она слабо.
- Что?
- Ты это… - держит паузу. – Эту ситуацию… не принимай близко к сердцу."
"Резко разлепляю веки.
