Автор
В разреженном молчании между стенами квартиры звучит отчаянное сопротивление женщины, пытающейся остановить бешеный вихрь мужского горя и ненависти. Вместе они обречены на вечные схватки за дом и детей — все, что может сохранить хоть крохотный шанс на мир и справедливость....
— Мне мои девочки помогут найти юриста…
— Господи, мам… — шепчет Яна, — пожалуйста… просто помолчи… дай папе остыть…
— Объявляешь мне войну? — Марк ухмыляется и встает из-за стола.
Он меня эти последние месяца лишь терпел? Как я могла не заметить, что в моем муже с каждым днем все сильнее и сильнее нагревается вулкан ярости?
Я вздрагиваю и съёживаюсь у стены, когда Марк подходит к двери и широко распахивает ее:
— Ты же уже начала собирать вещи, да?
— Да, — обессиленно сиплю я.
— Вот и умничка, — отвечает Марк, снисходительно глядя на меня.
— Я хочу знать, кто она, — закрываю глаза не в силах выдержать прямой и недовольный взгляд Марка, — хочу знать, на кого ты меня променял."
"— На бабу без бабских понтов, — жестоко усмехается, — и я думаю, что этот вопрос ты можешь задать своей подружке Ксюше. Кстати, — он рывком за плечи поднимает меня на ноги и заглядывает в лицо, — наверное, ее сегодня стоит пригласить к нам в последний раз. И с ее мужем.
— Папа, — Яна заметно напрягается, — зачем?
Меня начинает потряхивать в руках Марка, который сейчас походит на маньяке в остром и агрессивном психозе.
— Проведу с ними серьезную беседу, что я не тот человек, — приближает ко мне лицо, — который потерпит такое крысятничество за спиной. Поэтому ты пока собери вещички, а после завари чаек для подружки. Желательно успокоительный.
— Она лишь не хотела мне лгать…
— Мне насрать, чего она хотела или не хотела, — Марке медленно разворачивает меня к проему двери и выталкивает в коридор, — но я научу ее тому, что прежде чем лезть в чужую семью, надо десять раз подумать, а ее мужу популярно объясню, что свою жену научить таким простым вещам должен был он.
— Пап…
— Я повторять не буду, Яна, — Марк не сводит с меня взгляда, — иди помоги маме собрать вещички.
Глава 7. Заигралась
— Я поняла! — истошно кричит Ксюша. — Поняла! Прости!
Лицо искажено страхом, паникой. Щеки покраснели от слез, нос и глаза опухли.
— Я не знал… — хрипит ее муж Алексей.
Он лежит на ковре. Указательный, средний и безымянный пальцы правой руки неестественно вывернуты вверх.
— Марк… — Ксюша ползет на коленях к Марку, который невозмутимо пьет воду из бутылки, будто и не ломал никому пальцы. — Мне так жаль… Я не хотела… Господи…
Мы в малой гостиной, которая совмещена с бильярдной комнатой. Я стою у бильярдного стола и боюсь дышать.
— Моя жена интересовалась, — Марк отставляет бутылку на высокую консоль у стены, — кто моя любовница.
