— Тогда все высшее драконье общество — это гнездо паразитов, — фыркнула я. — Дети не должны работать, обеспечить детей — задача родителей, а если родителей нет, то общества или государства. Ребенок должен расти и развиваться, обучаться и радоваться жизни, а не думать о том, где раздобыть корку хлеба. Даже слышать не хочу о «паразитизме» от такого, как вы!
— Такого, как я? — переспросил он, прищурившись.
— Единственного наследника клана серебряных драконов, — ответила я язвительно. — С самого рождения у вас было все. Сколько раз вы голодали в детстве? Сколько раз вам приходилось засыпать почти что на улице, в холоде зимой? Сколько раз, вы видели, как ваши друзья умирают от лихорадки, потому что их даже не собирался никто лечить? Сколько раз вы делали выбор между тем, чтобы поесть сегодня, или оставить этот кусок на завтра? Поэтому даже не смейте ничего об этом говорить! Если бы не ваши родители…
На мгновение в его глазах мелькнуло что-то… Темное и потаенное. На крошечный миг что-то внутри него дало трещину, и оттуда полезло нечто, тщательно скрываемое от всего внешнего мира. Но тут же все пропало, и мужчина с циничной усмешкой вскинул брови:
— Если бы не мои родители, то?..
— То вы были бы никем. Ничем не отличались бы от этих сирот, — припечатала я, сведя брови, раздраженная его отношением.
Он кивнул, выражение его глаз стало нечитаемым.
— Точно, все благодаря моим родителям.
Я прищурилась. Что за концерты он мне тут устраивал? Я была замужем за ним два года, и я знала, что он был единственным и долгожданным наследником главной ветви клана серебряных драконов. Родители души в нем не чаяли до самого его совершеннолетия, но после, к сожалению, погибли при неизвестных обстоятельствах, после чего Алерис вступил в наследство.
По крайней мере так было написано в книге истории рода. Сам дракон отказывался говорить на тему семьи. Однажды я попыталась завести разговор, но он глянул на меня так, что я потом и упоминать о его родителях не смела. Тогда я решила, что он все еще горевал о них, но сейчас…
— А это не так? — после паузы уточнила я.
Но мужчина лишь усмехнулся и откинулся на спинку стула.
— Нет, светлейшая Айрэн. Я и правда самый настоящий засранец, родившийся с золотой ложкой в заднице, и лишь из-за своей гнилой душонки попрекаю вас тем, что вы помогаете несчастным сиротам.
У меня создалось отчетливое ощущение, что меня пытались надурить.
