Никто не видел ни новоприбывшую аристократку, ни девушку с локонами цвета спелой пшеницы, ни миловидного юношу с редкими для Вальтарты серыми глазами. Но он не отчаивался. Карта мировых потоков простиралась на многие мили вперед, Люче могла быть совсем близко.
Отчаялся только когда узнал, что принц Теофас прошел три круга Истины и дал богам высокую цену, чтобы найти его сестру. И Боги ответили, что юная принцесса ступила во тьму еще в месяц цветения персика. В тот самый, месяц, когда она живая, юная, бледная от бережливых бед прошла через императорский двор, шагнула в портал и исчезла.
Теофас приблизил его четыре года назад, что было необъяснимо. Глупо и неосторожно поворачиваться спиной к дракону, готовому вонзить стальные когти в атлант своего императора. Известно, что хрупкая кость у основания черепа — слабое место дракона.
Вместо этого Каен ждал, даже не понимая, чего именно.
— Вы попали в период благословения, мой мальчик, — шептал ему учитель магического плетения нир Санхар.
Если бы Каен не ненавидел Теофаса так сильно, то согласился бы. Первый год принц метался по дворцу, как раненый дракон по разграбленной сокровищнице, и напоминал буйнопомешанного. Императрица молилась сутками, а когда умер император, чуть не прописалась в храме, отстегивая храмовникам целые состояния и выпрашивая у богов ответа.
Когда Теофас улетел в Ленхард и остался за магической завесой, двор вздохнул счастливо. По дворцу больше не летали копья и мечи, не горел сад, не бегали по плацу изможденные рыцари. Императрице пришлось вернуться, и двор, затаившийся в ужасе, выдохнул.
— Что значит выдохнул? — уточнила я у брата.
И ту же ласково погладила его по щеке, как ребенка, чтобы тот не заподозрил отсутствие у меня адекватной реакции. Я должна плакать от радости встречи, смеяться, что мы выжили, закидывать расспросами про его жизнь, про Инес, про императрицу, может, даже про Тео.
Но смысла в этом не было. Новости о жизни брата я получала через Кайне, об Инес разузнать не смогла, но клан Хааш доносил слух, что ее оставили при дворе.
— Она, наконец-то взялась за вопрос антов, который переносили из года в год по прихоти принца… то есть, императора. Уладила вопрос с налогами на северных землях, достойно сопроводила в последний путь вторую наяру почившего императора… Все улеглось, наконец-то, понимаешь?
Да. Еще как понимаю.
— И как она решила вопрос антов?
Каен взглянул на меня с недоумением.
— Как императрица решил вопрос с антами? — повторила я терпеливо.
Брат пятерней зачесал волосы назад и тут же снова разворошил их на затылке.
— Ну, Люче, вечно ты загадываешь загадки, — задумчиво дернул меня за косу. — Отросли волосы у тебя, прямо как у королевны из сказки… Ах, да, про антов.