Развод. После… — читать онлайн бесплатно полностью

Эгоистичное желание, невозможное.

Губы Макса соскальзывают с моих и проходятся вдоль шеи, останавливаются на подбородке, кончиком носа проводит по щеке, вбирая мой запах. Кречетов языком слизывает вновь скатившиеся соленые капли, и у меня в животе собирается весь источник тепла моего тела.

– Не уверен, что сейчас это правильно, – резко оттолкнувшись от меня, говорит.

– А что тогда правильно, Макс?

Целых две секунды мы смотрим друг на друга каким-то потерянным взглядом.

А потом снова яростно целуемся, заставляем сердца выпрыгнуть из тел от ударов друг о друга.

глава 13

Оля.

Макс обхватывает меня руками за голову, что я не в силах ее повернуть. Мои губы под его тотальным контролем. Он напористо, влажно обхватывает их, а язык ласкает рот.

Сердце устало биться так часто и иногда делает смертельный кульбит, останавливается. Затем заводится снова, когда я жадно хватаю тяжелый воздух, скопившейся вокруг нас.

Мы двигаемся по комнате в каком-то танце с одним известным только нам ритмом. Задеваем стул, полку с книгами. Те падают на пол, раскрываются.

Приступ страсти вспыхивает как яркий фонарик.

Задыхаюсь от требовательных касаний. Макс руками постоянно трет тело, сминает. Такой голодный до меня, словно мечтал об этом все два года, что мы разведены.

Одежда, в которой пришла, наглым образом летит в сторону. Кречетов грубо срывает ее с моих плеч, сминает и выбрасывает.

Его рубашка, брюки – все приземляется в общую кучу.

Бывший муж припадает к обнаженной груди, втягивая в рот по очереди соски. Они ноют и просят ласки. Точнее, его языка. Горячее дыхание без жалости опаляет чувствительную кожу.

Откидываю голову, чтобы было удобно покрывать шею поцелуями. Макс царапает и покусывает, оставляет бороздки от своей вечерней щетины.

Кречетов же бреется каждое утро. Тщательно. Потом наносит какой-то дорогущий крем после бритья. Этот запах до сих пор зафиксирован в каком-то отделе моего мозга, который отвечает за безопасность.

Если честно, наш секс всегда, всю семейную жизнь был несколько странным. Я по пальцам могу перечислить, когда он был в постели.

Сейчас Макс подталкивает меня к обеденному столу, на котором еще стоят тарелки и лежат приборы. Ими ели его родители.

Кречетов надавливает на поясницу, заставляя прогнуться.

Между ног пламя лижет, колени наполнены желе, и я плохо удерживаюсь в вертикальном положении.

Руками хватаюсь за скатерть, когда моего позвоночника касается влажный язык, чертя какие-то узоры.

Макс толкается в меня бедрами, его член упирается между ягодиц, и спазм, как новогодняя гирлянда, зажигает миллионы огоньков по всем нервным окончаниям.

Мы не говорим, не спрашиваем. Просто трогаем друг друга, целуем, куда дотянемся.

Все это похоже на какую-то гонку.