Мне сложно понять, что происходит сейчас в голове, там сплошные противоречия.
Этот месяц показал мне одну важную вещь: я скучаю по Мирону. К сожалению, этого факта недостаточно, чтобы я могла ему верить.
Бывший муж возвышается надо мной. Ночь обнажает самые потаенные чувства, опутывает, опоясывает, гипнотизирует и тянет к себе. Манит меня, как змей-искуситель.
— Кудряха, — сдавленно произносит Мирон, и от его голоса по телу бегут мурашки.
— Зачем ты приехал? — так же хрипло спрашиваю я.
Бывший муж молчит, рассматривает меня, пожирает взглядом.
— Мимо проезжал, — выдавливает он и ведет плечом.
— В час ночи? — хмыкаю я.
— Да. Напоишь чаем? — неожиданно просит.
Я качаю головой:
— Поезжай к себе, Мирон.
Я не хочу, чтобы он уезжал. Но и оставаться тут наедине с ним будет сложно. Я боюсь его и боюсь остаться без него. Вот такая женская неопределенная сущность. И как теперь быть?
— Не могу, Кудряха, — устало произносит Мирон и потирает отросшую щетину."
"Пожимаю плечами и ухожу в спальню, надеваю халат, чтобы хоть немного скрыть то, что происходит с моим телом, затем возвращаюсь.
Мирон уже расположился на кухне — включил свет и смотрит в окно.
Я подхожу к чайнику и машинально нажимаю на кнопку. Не думаю, что Мирон действительно хочет чая, но занять чем-то руки я должна. Он оборачивается и осматривает меня, я же остаюсь стоять, упершись поясницей в столешницу.
Молчим. Смотрим друг на друга. Так много хочется ему сказать, но чувствую — рано. Не готова я. При свете я вижу, что Мирон похудел еще сильнее.
На лице щетина, которой несколько дней. Одет просто: темные джинсы и серый свитер, нет никакого лоска и шика. Он выглядит уставшим, хотя взгляд яркий, живой. Зажигает меня теплыми всполохами, греет душу, тянет к себе, но я держусь из последних сил.
Весь сегодняшний день стирается. Выставка, Олег и наше с ним недосвидание — все это канет в бездну прошлого.
Страшно признаться, но я готова всю оставшуюся жизнь стоять вот так, рядом с Мироном.
— Как ты? — спрашивает мягко он.
Облизываю пересохшие губы, тихо отвечаю:
— Отлично, — и почти не лукавлю. Я и вправду чувствую себя прекрасно.
Физически. Душою я тянусь к недостающему элементу.
— Рад это слышать, — говорит так же тихо, как я.
Мы замираем, подбираем слова.
— Рита…
— Мирон…
Говорим одновременно и замолкаем. Я выдыхаю и усмехаюсь:
— Зачем бы ты ни пришел — говори и уходи.
Мирон делает шаг мне навстречу, следом еще один. Интуитивно я выпрямляюсь и сглатываю ком слюны.
