Проводит горячими ладонями по груди, задевая пульсирующие соски, опускается на живот и ниже — двигается по бедрам и снова становится на колени передо мной, разводит ноги еще шире и накрывает меня губами.
Высовывает язык, проводит им, а я дрожу, не в силах сдержать стоны. Ласкает меня, а по телу распространяется жгучая лава, пронизывающая каждую клеточку и опускающаяся к низу живота, концентрируется там в мучительную и такую сладкую тяжесть.
Я готова уже кончить, но Мирон резко убирает язык, и я стону с отчаянием в голосе.
Только я собираюсь спросить, не издевается ли он надо мной, как Мирон пронизывает меня собой. Резко, до упора, выбивая из моего горла неконтролируемый крик.
Простите меня, дорогие соседи, это выше моих сил.
Мирон начинает двигаться. Неистово, зверски, как неандерталец, впервые добравшийся до женщины, и осознание этого дает разрядку моему телу. Я кончаю тяжело, внизу живота распространяется такая пьяная тяжесть, что все рефлексы уходят из моего тела. Перед глазами расплываются белые круги, я не чувствую ног, которыми обхватила бедра Мирона.
Не чувствую рук, которыми вцепилась в его свитер, — он был не в силах снять.
Меня трясет, как от озноба, но на смену этому ощущению приходит нега, приносящая долгожданное тепло. Только сейчас я осознаю, что Мирон не двигался, позволяя мне прочувствовать все это, и только после того, как я вернулась к нему, продолжил двигаться во мне.
Быстро, резко, но уже с другим ритмом. Не знаю, что со мной происходит, но я вскрикиваю и снова свожу колени, потому что не успела я отойти от оргазма, как следом за ним накатывает новый.
В этот раз Мирон, наоборот, ускоряется и вколачивается в меня, заставив потеряться в пространстве и времени.
Есть только я и он. Мы дышим друг другу в рот, с болью хватаемся друг за друга, пока наконец Мирон кончает. Чувствую, как он наполняет меня горячим семенем, ощущаю, как его член пульсирует во мне, и это кажется самым правильным в жизни.
Дышим хрипло. Тело гудит, голова идет кругом. Он немного отстраняется, не выпуская меня из рук, а после накрывает мой рот долгожданным поцелуем, от которого я окончательно схожу с ума.
Глава 34. Не ходи с ним
Утром просыпаюсь от того, что тело буквально горит. С трудом разлепляю глаза и поворачиваю голову.
Мирон.
Закутал меня в одеяло и опутал собой.
Как выбраться-то теперь? Мне безумно жарко.
Тихонько вытягиваю из кокона одну руку, следом вторую. Мирон ворочается, но не просыпается. С трудом освобождаюсь от одеяла и бывшего мужа.
