Автор
Катя улыбается, разворачивая коробку с праздничными конфетами в детской клинике. В ее глазах сверкают радость и благодарность, передаваемые каждому ребенку. Медсестра провожает уходящий год с подарком, а уже на весеннее улыбание новой жизни готовится новый Рождество.
До свадьбы я как-то совсем иначе представлял наши с ней семейные походы на мероприятия. Никак не думал, что мне будет стремно сидеть с ней рядом и смотреть в глаза людям, которые смеются за спиной, обсуждая поведение моей жены.
– Алло? – прижимает она телефон к уху. – Плачет? Да-да, – встает со стула и кивает на выход, – мы уже выезжаем. Скоро будем дома.
Убирает мобильник и с тревогой смотрит на меня.
– Илья, Ева сильно плачет. Няня не может ее успокоить. Поехали скорее.
С каких это пор няня звонит ей, а не мне? Обычно по всем вопросам, касающихся дочери, она сразу набирает меня.
– Сядь! – приказываю я, достаю из кармана пиджака мобильник и звоню няне.
– Слушаю, Илья Владимирович, – раздается шепот.
– У вас все хорошо? – спрашиваю, сверля взглядом Карину.
– Да, конечно, – уверяет няня. – Евушка хорошо поела, сейчас спит. Не переживайте. Отдыхайте.
– Спасибо!
Скидываю звонок и передергиваю скулами.
– Сначала живот крутило, теперь Ева плачет. Что у тебя дальше по плану?
– Извини, – опускает взгляд.
– Важнее, – ледяным голосом изрекаю я.
Устремляю взгляд на свою тарелку со стейком, понимаю, что у меня из-за присутствия армянина и из-за вранья Карины пропал аппетит, и бросаю на стол приборы.
– Илья, на нас люди смотрят, – тихо произносит Карина. – Давай не будем устраивать здесь концерт.
Я и не собираюсь, хотя очень хочется.
А еще хочется вернуться в те времена, когда я точно так же сидел в компании уважаемых людей, коллег, партнеров, и просто наслаждался вечером, а не ловил на себе насмешливые взгляды."
"Я не могу все бросить и уехать отсюда. Мне действительно важно встретиться с одним человеком и переговорить с ним по поводу нашего дальнейшего сотрудничества. Я долго искал повод увидеться с ним в неформальной обстановке. И раз такой повод сегодня подвернулся, значит, я останусь.
И Карина останется.
Хочу понаблюдать за ее поведением в присутствии армянина. Дома она чуть ли не с пеной у рта говорила мне, что между ними кроме безобидных танцев ничего не было. Даже не сразу вспомнила его имя.
А тут аж в лице изменилась, стоило только его увидеть.
– Тебе же нечего от меня скрывать, верно? – спрашиваю, наливая в стакан выпивку.
– Верно, – неуверенно отвечает она.
– Тогда расслабься и отдыхай, – натянуто улыбаюсь я.
