Автор
Кир вызывает меня после долгого времени безвыходного периода в работе. В динамике раздается голос моего старого друга, который мы вместе учились еще в школе. Я вымотался до предела, но ничего удивительного — я же с Хмельницким занимаемся операцией по экстренной госпитализации ребенка с серьезным ожогом пищевода....
– Ладно, фиг с тобой, – отмахивается от моих слов. – Скажи лучше, с девочкой все в порядке, и повторная операция не нужна?
– Этого я не могу обещать, как бы мне не хотелось, – недовольно сжимаю губы. – Теперь все зависит от того, как пищевод будет заживать, не возникнет ли стеноз, и не пойдет ли дальше воспаление.
– Ну да, – задумчиво хмурится друг. – Ну да…
– Что там со Светой? Из–за чего тебя выдернули? – задаю животрепещущий вопрос. – Кто тебя так разукрасил? – снова смотрю на его лицо.
Мысленно готовлюсь к самому худшему.
– Муж ее объявился, – говорит недовольно, поправляет оторванный рукав и рубашку. – Пытался доступным ему языком объяснить, что мы зря его жену на освидетельствование отправили, – ухмыляется горько. – Обещал всех нас засудить и посадить.
Встречаемся с другом понимающими взглядами. Приличных слов касаемо этой ситуации ни у кого нет."
"– Тот случай, когда деньги есть, а мозгов не додали, – продолжает после небольшой паузы. – Орал на все приемное, угрожал. Пришлось вызывать наряд, чтобы его отсюда нахрен убрали пока он никого не покалечил.
– Тоже не в адеквате? – спрашиваю, щурясь.
Блин, Светка! Ты ж раньше нормальная, вроде, была. Что с тобой стало? Не понимаю…
– Слушай, анализы у него, конечно, не брали, – делает паузу. – Но по внешнему виду, вроде, не скажешь, – задумывается на мгновение. – Нет, друг. Нормально с ним все, – снова делает глоток кофе. – Только головушка похоже бо-бо.
– М-да, – все, что могу сказать.
Подхожу к автомату, вставляю купюру, выбираю напиток и жду.
Кофе для меня готовится в полной тишине.
– Кирилл Александрович, девочку перевели в реанимацию, – говорит операционная медсестра, проходя мимо. – Вас просили зайти, как освободитесь.
– Хорошо, – говорю на автомате. – Скоро зайду.
Девушка уходит, а я смотрю на задумчивого Димку. Его вид меня настораживает.
– Кир, езжай домой и пока здесь не отсвечивай, ладно? – просит. Я хмурюсь.
– Нет, друг, так не пойдет, – стою на своем.
– Это не обсуждается, – говорит жестко.
– Дим, я буду регулярно приезжать, проверять малышку, – отвечаю, не в силах выполнить его просьбу. – Сам понимаешь, если Света сказала правду, и Ева – моя дочь, то я…
– Не отсвечивай! – говорит с напором. – А твоя дочь или нет – мы это обязательно выясним, – перебивает. – Ты анализ в лабораторию сдал?
– Да, – киваю. – Девочки увезли со всеми остальными.
