Автор
Кир вызывает меня после долгого времени безвыходного периода в работе. В динамике раздается голос моего старого друга, который мы вместе учились еще в школе. Я вымотался до предела, но ничего удивительного — я же с Хмельницким занимаемся операцией по экстренной госпитализации ребенка с серьезным ожогом пищевода....
– Куда? – удивляется.
– Ко мне в машину, – говорю, ухмыляясь.
Я уже давно езжу исключительно на авто. Это мой лучший друг и товарищ, она для меня просто незаменима.
Сколько раз наличие автомобиля позволяло в считанные минуты добраться до клиники и провести экстренную операцию, а сколько я провел консультаций… Не сосчитать!
Веду Марину в ближайший к ее университету двор, где нашел парковочное место. И, как только машина появляется в поле видимости нажимаю, на кнопку брелка, заводя двигатель.
– Залезай, – подходя к авто, открываю переднюю пассажирскую дверь.
Обхожу тачку, сажусь на водительское место и первым делом включаю подогрев сидений. Печка начала работу вместе с двигателем.
– Как же тут тепло, – растирает руками себя.
Смотрю на нее и лишь качаю головой. О чем она думала, когда в таком виде выскакивала из общаги?
Подаюсь чуть в сторону, нахально вторгаясь в личное пространство девушки.
Она замирает. Забывает дышать. Я же, напротив, не могу ей надышаться.
Маринка девчонка ж совсем, Игнатов! Угомонись!
Она сестра твоего друга. Усмири своих демонов.
Если Саня только узнает, какие мысли рождаются в твоей голове при взгляде на его сестру, он тебя тут же кастрирует.
Игнатов! Совесть имей.
Маринка слишком юна. Она тебе в дочери годится! Ну… с натяжкой, но все же… У нас разница в возрасте порядка шестнадцати лет.
Но на все доводы разума сердцу плевать. Оно начинает биться быстрее и чаще, стоит только мне подумать о Марина.
М-да… Что-то меня прям кроет не по-детски…
Фигово.
– Держи, – пересиливая острое желание коснуться девушки, протягиваю ей флисовый плед, который на всякий случай всегда лежит у меня в машине.
– Ой, – смущается. – Спасибо!
Пока Марина пытается отогреться, включаю печку на максимум и выруливаю на шоссе. Стоять во дворе дома с работающим двигателем не желаю.
– Куда бежала? – спрашиваю, пытаясь завести нормальный разговор. Мне срочно нужно обуздать свои горячие мысли. – Давай подвезу, – предлагаю, прекрасно понимая, что не собираюсь никуда отпускать ее в таком виде и таком состоянии.
Не хватало, чтобы Хмельницкая по своей дурости загремела в стационар с пневмонией. А ведь после нахождения на холоде в таком виде немудрено заболеть.
Капец… Чем она думала? Где ее мозг?
Всегда ж была нормальной, вдумчивой девушкой.
– Не нужно подвозить, – произносит негромко.
– Почему? – ухмыляюсь и кидаю на нее беглый взгляд. Хочу пошутить, но вовремя себя останавливаю.
