– Но почему? Она могла бы заботиться о малышке… – Я подняла на бывшего непонимающий взгляд. – Ты же сам говоришь, ты не справишься, и тут я с тобой полностью согласна.
– Я не хочу видеть ее рядом с собой.
– Тогда на кой черт приводил ее? Еще и расписаться успел?
– Хотел тебя позлить.
Воцарилось молчание, а мы с Мишей встретились взглядами.
– Ты слышала. Ты дала мне пощечину. Вышла замуж за моего брата. Кричала на каждом шагу, что любишь его. Я ответил тебе тем же. Жаль, что у тебя нет сестры.
– Ах ты ж… – Я прикусила себе язык, чтобы не сказать лишнего. В конце концов, держала на руках совсем еще крохотное дитя. – Мстительный… гадкий… подлый… низкий человек!
– Ну, как скажешь, – Миша усмехнулся. – Но сработало же?
– Если твоя задача заключалась в том, чтобы я возненавидела тебя еще сильнее, чем раньше, то да, все сработало, как надо.
– Перестань, ты не ненавидишь меня.
– Убеждай себя в этом почаще.
А вот это стало неожиданностью. Такой, что хоть стой, хоть падай. Благо, я уже сидела прямо на полу.
Не ожидала, так не ожидала. Миша умел? Умел говорить эти слова? То есть, они у него не были под запретом?
– Вот так легко? – тихо спросила я.
– Нет, конечно. Просто хотел, чтобы ты знала, что мне не все равно. И что мне правда жаль.
– Что именно? О чем ты сожалеешь?
– Обо всем. О том, что не удержал. Что развелся, не поверив. Что не выяснил ничего. Что оставил с сыном на долгое время.
– Ты бы хоть сейчас начал с ним видеться! Скоро Матвей начнет называть папой Макса.
– А ты этого не хочешь?
– В прямом. Ты не хочешь, чтобы Матвей считал его отцом?
– И ты хочешь, чтобы так и оставалось?
– Я… на что ты намекаешь?
Миша не успел ответить. Нас прервал стук, а затем, не дождавшись ответа, в комнату вошла моя прекрасная свекровь.
– Не уходи, пожалуйста, – прозвучало со стороны Миши, когда он увидел, как я спешно засобиралась.
Разговаривать с Ольгой – это было последним пунктом в списке желаний.
– Что она здесь делает? – Мать бывшего мужа обратилась к сыну, полностью игнорируя меня.
– Оказываю посильную помощь, – ответила я за Орлова. – Вы против? Хотя, погодите-ка, даже если и против, то что? – Я улыбнулась, делая маленький шаг навстречу Ольге.
Если посмотреть на нее со стороны, то этой женщине никогда нельзя было приписать двух взрослых сыновей и двух внуков. Она выглядела превосходно. Ни морщинки, ни даже намека на них.
