– А там нечего переворачивать, все и так ясно! Ты вообще слышал своего деда? Этому олуху никто не поможет! А если он нечаянно навредит девочке? Неужели тебе вообще все равно?!
– Повторюсь, Ольга для чего?
– Да Ольга только врага можно доверить! Все! Пусти меня!
С этими словами я буквально вырвалась из нашей с Максом спальни. Где это вообще было такое видано? Ставить здоровье новорожденной малышки из-за закулисных игр безумной семейки? Да пропади она пропадом, а ребенка в обиду не дам!
Я отправилась в комнату бывшего мужа почти что бегом. И, как и было ожидаемо, никто в перегонки со мной играть не стал.
Мишу я застала в спальне одного с ребенком. Одинокого, разбитого и растерянного.
Тихо постучавшись и услышав «войдите» я увидела все это воочию, своими глазами.
Миша сидел на кровати, а рядом, на кресле стояла корзина с малышкой. Миша периодически смотрел то на нее, то на меня, то себе под ноги.
Спальня, к слову, со времен, как я была здесь еще в качестве его жены, ничуть не изменилась. Все те же приятные пастельные тона, все тот же красивый, дизайнерский ремонт. Даже ночник с будильником у изголовья не поменялись. На удивление, в чем-то Миша был очень даже постоянен. Жаль, что это касалось вещей, а не людей в его жизни.
Я сразу же бросилась к девочке. Кажется, она была кем-то заботливо одета, запеленована и накормлена. Пока что этого хватало, и она крепко спала. Вот только это ненадолго, я знала это по своему опыту.
– Она просто чудо… – Я взглянула на малышку и невольно улыбнулась. Матвей тоже когда-то был таким же крохотным и до невозможности милым. Помню, в самом начале, он казался мне таким хрупким, что я боялась взять его на руки. А вдруг сделаю что-нибудь не так?
– А вдруг я сделаю что-нибудь не так? Что, если я наврежу ей? – Я обернулась на прозвучавшие вопросы и замерла. Мне нечего было на них ответить. Страх проходил со временем, но для этого нужно было хотеть быть родителем. А Миша не хотел. Никогда не хотел. – Я не знаю, что мне делать. Я не справлюсь с ней, – тихо произнес Орлов.
– Я понимаю. – Я кивнула, усаживаясь прямо на ворсистый ковер.
– Что мне делать? – Миша взглянул на меня так, будто я была спасительным кругом для утопающего.
– Точного ответа у меня нет. – Я аккуратно взяла корзинку и переставила ее себе на колени. – Где ее мать?
– Возможно, если ты приведешь ее… может быть, твой дед разрешит остаться этой девушке… Наталья, кажется?
– Я больше не приведу ее в этот дом.
