Автор
Тея погружается в кошмарную сцену, где картина заставляет ее чувства растворяться как лед, оставляя лишь крошки воспоминаний. Сжигаясь от страха и душевного горения, она словно теряет связь со своим телом, ощущая себя запертой внутри собственного страдания. Лишь слёзы на сухих щеках предвещают ее незримое присутствие в этой атмосфере безвыходности и ужаса....
Подойдя к шкафу, вынула первую попавшуюся одежду. Это оказались джинсовые шорты высокой посадки и классическая белая футболка.
Ада уже ждала меня на кухне, приготовив мой любимый зелёный фруктовый чай, запах которого разнёсся по всему дому. Вдохнув аромат, на секунду прикрыла глаза, потом прошла вперёд и села напротив девушки. Мои пальцы тут же оплели, будто коала бамбуковое дерево, горячую кружку. Но я не могла смотреть на Аду, видеть немые вопросы в её глазах, поэтому опустила лицо, глядя на жидкость бледно-зелёного цвета.
— Тея, что с тобой происходит? — подала первой голос Огнева."
"— Это было десять лет назад, — начала я свой рассказ. — Я была беременна, Ада, — замерла, вспоминая все те эмоции, когда узнала, что жду ребёнка. Не
хотелось вдаваться в подробности, и я старалась говорить общими фразами, скрывая ненужные мелочи, которые не имеют никакого значения.
Было тяжело всё вспоминать, через что мне пришлось пройти, но больше держать это в себе не было сил. Руки сильнее сжали кружку, ощущая её жар, но я не боялась, что останутся ожоги.
Тяжелее ожогов, которые остаются внутри, ничего нет.
— Я так была счастлива, когда узнала, что жду ребёночка, — на моём лице появляется еле заметная улыбка, стоит об этом вспомнить, но тут же гаснет. — Но, знаешь, когда ты паришь в облаках, радуясь, потом тебя больно и резко бьют об землю, чтобы не радовалась так сильно, дура — вздохнула, прикрыв глаза. В уголках глаз на ресничках собираются капельки слёз. — Никто не знал, Ада. А потом, спустя два месяца, когда животик только начал появляться, у меня случился выкидыш.
Слышу вскрик подруги, и её пальцы накрывают мои в поддержке, а я боюсь посмотреть на неё. Боюсь увидеть жалость к себе, поэтому продолжаю говорить с закрытыми глазами.
— Хорошо, что на улице проходила женщина и вызвала скорую. Я потеряла малыша, — не выдержав, всё же первые слёзы катятся по лицу, омывая мои чуть виднеющиеся веснушки. Не такие, как у подруги — еле заметные. Только при близком контакте их можно заметить. — Меня долго и мучительно вычищали, а я задыхалась от того, что не смогла выносить, спасти своего ребёнка.
Огнева молчит. Здесь не нужны слова.
— Потом мне сказали, что я не смогу иметь детей. А сегодня я узнала, что Дима мне изменял, он назвал меня бракованной и что ему такая женщина не нужна, — не вижу, но чувствую, как подруга встаёт, отодвигая стул от себя, и подходит ко мне.
Садится на корточки, и вот тут я решаюсь посмотреть на подругу и поворачиваю к ней лицо.
