Автор
Тея погружается в кошмарную сцену, где картина заставляет ее чувства растворяться как лед, оставляя лишь крошки воспоминаний. Сжигаясь от страха и душевного горения, она словно теряет связь со своим телом, ощущая себя запертой внутри собственного страдания. Лишь слёзы на сухих щеках предвещают ее незримое присутствие в этой атмосфере безвыходности и ужаса....
В её глазах столько боли, что мне становится ещё тяжелее.
Я помню, как подруге было тяжело, когда у неё обнаружили порок сердца, а потом оказалось, что она беременна двойней. Как Матвею и Аде было тяжело, но этот сильный мужчина — тогда был похож на мёртвого человека, когда узнал, что его Рыжика может не стать. Что он может её потерять.
Тогда Огнев не стал долго ждать и сразу же повёз свою любимую в клинику, приложив все усилия, чтобы его девочка осталась жива. Сейчас счастливое
семейство живёт в Швейцарии, решив остаться там.
Помню, как бушевал мужчина, готовый перегрызть всем глотки, кто был тогда к этому причастен, но в глубине его души была страшная боль, что не угасала до тех пор, пока он не увидел свою девочку, посмотрев в её зелёные глаза, как я делаю это сейчас.
Мы молчим, потому что знаем, что хочет сказать каждая из нас. Не нужны слова поддержки — от них никакого толку. Но я ощущаю исходящую от Ады почти осязаемую поддержку, словно от родной сестры, вижу тепло в её глазах, смотрящих на меня с любовью.
А потом я перевожу тему.
— Как Ева и Марк? — спрашиваю, как поживают мои карапузы, расплываясь в улыбке, стоит только вспомнить любимых детишек, которых не видела месяц, после того как уехала от них.
— Хорошо. С папой, — улыбается, а я сжимаю её руку и крепко обнимаю.
Мы ещё долго потом сидим, разговариваем, но Огневой пора, так как у неё самолёт. Подруга приезжала всего на день, чтобы решить все вопросы по работе, пока Матвей остался один в Швейцарии справляться с малышами.
— Ты знаешь, я всегда рядом, Тея. Я тебя люблю. Мы любим, дорогая, — обнимает, ласково проводя ладонью по спине. — Приезжай к нам в гости, мы всегда тебе рады, — я только киваю, ещё крепче прижимая к себе подругу.
После разговора с Адой на душе стало немного легче, я почти смогла отпустить тяжёлый груз прошлых лет.
Стоит только пройти на кухню, как дверной звонок вновь оживает.
Глава 5
Тея
От шока застываю на месте, не в силах что-либо сказать и сделать. Намертво приросла к полу, не смея сделать ни шага. Что, чёрт возьми, он здесь делает? После того, что я видела и как с его отвратительных губ срывались те слова, он смеет приходить ко мне и улыбаться своей улыбочкой, от которой меня тошнит и выворачивает всю.
