В мире личных владений и тайных коридоров, где каждый звезды имеет свой собственный небосвод, де Аль-Империал — шеф Поль Гарселя, наблюдает за своим клиентом с интересом. Внезапно разрываются улицы, как струны в гитарном ансамбле, а Гарсель улыбается, растворяясь в весеннем свете и легкометражке. Здесь каждый шаг и каждая отмеченная метка имеют значение....
— Кто эти люди и что они от вас хотели?
— Понятия не имею, кто эти люди, но они хотели полный отчет о том, с кем я разговаривал на юбилее «Труда и единства». Да еще дали по ребрам!
Гарсель поморщился и, держась за правый бок, подошел к раковине, чтобы сплюнуть окровавленную слюну. На самом деле он чувствовал себя не так уж плохо, но ему не хотелось начинать тот же разговор с новыми любителями чужих тайн.
— Ну, если вы в порядке, нам пора, — сказал тот, который нашел свой пистолет. Он осторожно выглянул из двери и вместе с напарником покинул туалет, оставив Гарселя одного.
Тот подошел к зеркалу, открыл воду и только начал полоскать рот, как зазвонил телефон.
Доставать его мокрыми руками было неудобно, но Гарсель все же изловчился и ответил:
— Але!
— Котик, ну где ты прохлаждаешься?"
"— Как где, любимая? В туалете.
— В каком таком туалете?
— Ну как в каком? В туалете ресторана «Рапсодия», полагаю, теперь любимого нашего ресторана…
Гарсель улыбнулся, представляя лицо Анжелы и ее полные губы, которые были как… как две спелые вишни.
— То есть ты уже заказал нам столик?
— Ну разумеется, мы же…
И, не договорив, Гарсель замолчал.
— Сара? — неуверенно спросил он.
— Ну да, я тебя слушаю, ты заказал нам столик? Ты хотел сделать для меня сюрприз?
— Да, дорогая, — выдохнул Гарсель, чувствуя, что ему становится жарко.
— Я уже вызываю такси!
— Да, дорогая, жду…
Гарсель убрал телефон и, посмотрев в зеркало на свое раскрасневшееся лицо, обреченно кивнул.
Еще раз взглянув на себя в зеркало, он отрепетировал виноватую улыбку, затем вытер руки бумажным полотенцем и пошел к Анжеле, раздумывая, как бы так ее выпроводить и что сказать, чтобы это выглядело правдоподобно.
77
Навалившиеся в последнюю неделю дела заставляли Юргенсона крутиться как белка в колесе. Он гонял курьеров, договаривался о поставках, пугал, продавливал, отступал, если требовалось, и снова обрушивал на партнеров всю мощь своей навязчивой дружбы.
Его бухгалтеры прятали налоги, его банкиры отмывали деньги, адвокаты стеной стояли на пути инспектирующих структур, а служба безопасности перекапывала весь Аль-Империал, чтобы добыть любую информацию о намерениях Джона Камерона.
Кое-что им удавалось, и в перерывах между переговорами с партнерами начальник охраны Флетчер делал для Юргенсона доклады.
