Автор
В мире, где всё раскололось на "до" и "после", Маритт борется за жизнь. Встреча с Францией и хирургией открывает новые тайны. Теперь Маша оказывается в центре сложной ситуации, где на кону стоит судьба и личные отношения.
Это целый комплекс… и там это не красивый спорт, а исключительно грациозный, но и страшный способ убийства. Я думаю, он не раз удивил своих противников – отец передал ему в наследство пару личных приемов. Рауль был первой шпагой Монбельяра и Вюртемберга, - нечаянно вспомнила я тот танец со шпагами, когда первый раз увидела в муже мужчину.
Всякий раз, когда вспоминали Рауля, Георгий мрачнел. Почему я не реагировала так на имя Нуцы – непонятно. Может потому, что мне нечего было делить с ней? Потом, уже позже, он объяснил:
- Мне по фигу Сергей – в нем я не вижу конкурента. Другое дело француз. В твоих глазах он просто совершенство… идеал ходячий.
- Вы с ним на равных. С той лишь разницей, что он виртуозно убивал, а ты виртуозно лечишь, - утешила его я, млея от того, что он действительно считал конкуренцию по отношению ко мне возможной.
- Тут у меня преимущество, - довольно мурлыкнул он.
- Увы, мой друг… - расстроенно покивала я, - но вы уступаете ему кое в чем другом. А именно – Рауль был галантен и умел изъясняться красиво и исключительно куртуазно.
- Мань… свеженькое, - лукаво улыбнулся Шония и потянул ко мне лапы: - Молодая жена пишет на форум – только неделю назад вышла замуж, а муж уже затрахал конкретно. Посоветуйте что-нибудь!!! Он делает это всегда и везде, вот и сейчас… извините за кривой почерк.
- Ерунда, какой почерк? Она же печатала! – притворно возмутилась я.
- Мань, ну ты нудная, - печально вздохнул он, - не придирайся. В анекдоте главное – его соль.
Георгий Зурабович Шония тоже являлся продуктом своего времени и требовать от него безукоризненных манер было бы глупо, да и не нужно. Да, его анекдоты, а иногда и постельные речи бывали слегка пошловаты, но всегда в них была эта самая соль – тут не отнять.
А тот, который про молодую жену, вообще оказался, что называется, на злобу дня - будучи наслышан об искусности французов в любовных утехах, здесь он тоже старался доказать своё преимущество. Или не было злого умысла…? Неизвестно. Но на секс он меня подсадил. И получилось, что к потребности выплеснуть на него всю свою нежность, добавилось еще и жгучее желание удовольствия.
Как только дети с сопровождающим уехали, у нас начался медовый месяц. Это был очень интенсивный медовый месяц, который продолжался почти две недели. А слишком интенсивным он перестал быть после приема у лечащего. Виталий Иванович озабоченно морщился и переживал, что я медленно набираю вес. Не менее озабоченно вздыхал и морщился рядом Шония. Я улыбалась.
