Кто-то филонил, кто-то наоборот, занимался своим делом с энтузиазмом. Особенно бетонщики.
— Макс, короче давай так сделаем… — вдруг предложил Шухов, замеряя шнурком длину стены, вдоль которой нужно было проложить широкую чугунную трубу. — Я разбираю и чищу то, что есть, а ты таскаешь новый материал и помогаешь тянуть трубопровод?
— Ну и хорошо. Там трубы у входа лежат, неси сюда самые длинные. И еще есть за казармой, они там частично в песке. Угловые тоже нужны, что на девяносто градусов.
— Ну, ладно, ладно! — произнес я. — Сразу перенесу, чтобы потом далеко не ходить.
— Да, давай! — через плечо отозвался тот, работая молотком. Трубы были чугунные, запакованные смолой с паклей. Вкупе это было сродни сварке. Если не получалось выбить, оставалось только применить грубую физическую силу и разбивать на куски. С пластиком-то попроще будет, но в Союзе так тогда не делали. А в этой дыре, на границе Туркменской ССР и Афгана тем более. Весь строительный материал остался с семидесятых годов, на всякий случай.
Однако за трубами я не пошел. Чугунная труба она сама по себе тяжелая, а учитывая тот факт, что их сначала выкопать нужно… Быстро понял, что зависнуть тут можно надолго. Лучше уж во внеочередной наряд заступить, там возни намного меньше. Да хотя бы в тот же автопарк, машины считать. Но сначала мне нужен веский повод, чтобы откосить и не возвращаться к работе сантехника. Хотя бы на сегодня, максимум на завтра. А там, может, что-то изменится…
Рядом Саня Михайлов выгружал кирпичи из импровизированных деревянных носилок. Напарника у него почему-то не было. Куда Самарин с Куртовым подевались?
— Давай, помогу! — отозвался я.
— Не откажусь. Мишка в туалет отошел, а вон Кукушкин ходит… Сейчас опять орать начнет, что мы ничего не делаем!
В общем, загрузили мы полные носилки обломками и половинкам и кирпичей и понесли. А на самом выходе из казармы, я неожиданно споткнулся, отчего пришлось «десантироваться» прямо на рассыпанную внизу щебенку. Кирпичи с грохотом полетели во все стороны, парочка прилетела по незащищенным ногам. Падая, случайно проткнул руку куском торчавшей из земли проволоки.
— Макс! Ты как? — ко мне подскочил Михайлов, помогая встать.
— А-а, да вроде нормально, — отряхиваясь и морщась от боли. — Споткнулся и не доглядел.
— Ничего не сломал? — тот увидел у меня на руке кровь.
— Кажется, нет. Ах, ты ж зараза! Чуть насквозь не проткнул. И нога болит.
В общем, выяснилось — что при падении, я действительно неудачно подвернул ногу.