Роберт Говард. Избранные произведения в 8 томах — читать онлайн бесплатно полностью

 — Смылся! Сбежал с моей ненаглядной дочуркой!

Тут с дубовой скамьи вскочил Хокинс и, выдирая крупные клочья из своей бороды, потряс стены зала нечеловеческим ревом.

— Саломея?! — громоподобно завывал он. — Сбежала?!

— Да! — проорал ему в ответ старина Джейк. — Сбежала! Вместе с тем проклятым шулером-грамотеем, с тем чертовым весельчаком-аферистом, какого они поутру приволокли ко мне из Олдервиля! — Старина Джейк мычал, блеял и исполнял некое уродливое подобие боевой пляски апачей. — Эти подлые Элкинс и Уилкерсон обманом уговорили меня пригреть на своей груди гремучую змею! Несмотря на все мои самые униженные мольбы и протесты, они силком заставили меня принять того изверга в мирный круг моих…. беззащитных домочадцев! И злодей сумел-таки обольстить неискушенное сердце моего невинного глупенького ягненочка своей образованностью, якобы культурным поведением и гладкими, льстивыми речами! И вот теперь они удрали незнамо куда, чтобы пожениться!

— Это есть хитрое политическое злоумышление! — брызгая слюной, завизжал Хокинс, хватаясь за свой громадный револьвер. — Уилкерсон нарочно подстроил мне эту западню!

Я метко вышиб из рук Быка его пушку, но в тот же самый момент Джек Клинтон с треском обрушил одну из уцелевших скамей на голову Гусаку Уилкерсону, после чего Гусак принялся целоваться с какими-то грязными ошметками на полу. Впрочем, Джек тут же распростерся поверх Гусака, поскольку Лошак Мак-Граф испробовал на его черепе крепость рукоятки своего револьвера, а мгновение спустя в голову Лошаку со всего размаха угодил метко пущенный кем-то обломок кирпича, и он с тихим вздохом рухнул поперек тела Клинтона. После чего разгоревшуюся битву не смогло бы предотвратить даже немедленное вмешательство потусторонних сил. Зрители в мгновение ока разделились на две враждующие политических группировки, и эти две волны тут же грозно сшиблись, осыпаемые щепками от разбитых вдребезги скамеек, в пистолетном дыму и в ревущем гуле проклятий.

При подобном стечении обстоятельств я всегда полагал что самое лучшее — не давать воли своим чувствам. Только поэтому в течение нескольких бесконечных минут мне удавалось одерживать яростный напор девяти или десяти сторонников Быка Хокинса. Я даже не подстрелил ни одного из них, а сохраняя полное хладнокровие, всего лишь лупил по ихним глупым головам вырванной из пола толстенной доской. Я почти совсем не топтал ногами этих дурней. А зря!

Потому как они ошибочно приняли мою природную доброту за слабость и продолжали наседать с удвоенной силой, а Джеку Мак-Дональду вообще втемяшилась в голову навязчивая идея, будто бы ему удастся повалить меня на пол, ежели он с разбегу запрыгнет мне верхом на шею.