Начавшийся день в Аугсбурге казался обычным — жители шли по улицам, дети радовались праздникам. Но внезапно пошел снег, и мир вокруг стал мечтой о зиме: белые скатерти дорог превратились в сказочное покрывало. Андреас Майер, позаботившись о дочери Габриэль, готовил праздничный обед — и вот в этот момент его жизнь меняется навсегда....
– А вы тоже претендуете на финансовое спасибо? – это она уже обратилась к Фоме.
– Что вы, во-первых, я неплохо зарабатываю, а во-вторых, я это делаю на правах будущего родственника, добровольно и абсолютно бесплатно.
– Я закончил, – перебил выяснение отношений Аркадий. – Все две комнаты будуара, спальня и кабинет просматриваются полностью. Запись идет прямо вам на телефон.
– Какой хороший мальчик, – похвалила его Марго, после чего Аркадий, здоровый сорокалетний мужик, засмущался и залился краской.
– Как ванна? – задал вопрос Фома.
– Молодой человек, прошли те года, когда я смущалась что-то показать, – и, на мгновение задумавшись, добавила: – Ну, если прям честно, то этого и не было никогда, иначе я бы не вышла три раза так удачно замуж.
– Что, все три по расчету? – уточнил Фома больше из вредности."
"– Что вы, все три по большой и светлой любви, когда-нибудь я вам расскажу историю моей жизни и вы напишете об этом увлекательный роман.
– Вряд ли я смогу, боюсь, у меня не хватит способностей, – начал кокетничать тот.
– Я, если честно, тоже в вас очень сомневаюсь, – скривилась Марго, – но все истории успеха – это истории преодолений. Истории, которые пишутся не благодаря, а вопреки. У меня насчет этого за годы моей жизни даже выработалась своя теория. Бог при рождении абсолютно всем раздает талант в той или иной сфере.
– Ванна тоже все, – сказал Аркадий, вернувшись в кабинет.
– Вы очень проворны, я предлагаю вам тоже остаться здесь, – тоном, не терпящим возражений, сказала Марго.
