Начавшийся день в Аугсбурге казался обычным — жители шли по улицам, дети радовались праздникам. Но внезапно пошел снег, и мир вокруг стал мечтой о зиме: белые скатерти дорог превратились в сказочное покрывало. Андреас Майер, позаботившись о дочери Габриэль, готовил праздничный обед — и вот в этот момент его жизнь меняется навсегда....
Менты, что приедут утром, подумают, что ты решила покурить, и уронила старыми трясущимися руками его нечаянно в ванну, голимый несчастный случай.
– Мальвина скажет, что я очень аккуратна и никогда не курю в ванной, тогда полиция начнет копать, – спокойно сказала Марго, сдувая пену с руки.
– Согласна, я думаю, что так и будет, – сказала Марика, держа аппарат для вейпа в руках. – Во-первых, как видишь, я в перчатках, во вторых она раз пять сегодня трогала его, ставя на зарядку, а в-третьих, и это главное, это моя самая любимая фишка, они найдут письмо у тебя на почте и поймут, что жадная Мальвина решила отомстить тебе за унижение, что ты для нее сегодня устроила.
– Хорошо, ты гениальна, но я не пойму, зачем, ведь у тебя все есть."
"– Мой папочка решил поиграть в злого родителя, заблокировал мне карты и выдает мне копейки, чтоб я только не сдохла от голода, хорошо хоть братик подбрасывает периодически, но этого мне мало.
– Давно хотела сделать каталог, – сокрушённо сказала Марго.
– Да, это ты зря, – сказала Марика, почти сочувствуя, – ну, а там, когда закончатся деньги от драгоценностей, как раз и наследство подоспеет. Почти гениально! – похвалила себя Марика.
– Знаешь, с книгой, что подсунул мне твой любовник, было шикарно, – похвалила ее Марго.
– Думаешь? – засмеялась та. – Это я сама придумала, полгода искала нужный роман, пришлось заказывать, он стоил бешеных денег, если что.
– Ну да, ты поиздержалась, – посочувствовала ей Марго.
– Не то слово, а потом еще надо было, чтоб ты решилась приехать сюда, это все мой Мартин, правда, он душка?
– Однозначно, – согласилась Марго.
– Ну, ладно, заболталась я с тобой, – Марика включила в розетку аппарат и, поднеся его к ванне, показательно, будто наслаждаясь, бросила его в воду.
Маня и Фома, ошарашенно наблюдавшие все это действие, оторопели.
– Почему Аркадий не заходит? – закричала Маня. – Она сейчас ее убьет, Фома, ломай дверь.
