Врач Аркадий Егорович в своей клинике внезапно выдает печальный диагноз одному из пациентов – Артему, который страдает от деградации зрения. Однако его тихий голос неожиданно вызывает надежду: ухудшений нет и есть шанс на улучшение. Но что ждет Артема дальше? Врач открывает тайны своей клиники в этой истории, где любовь и сомнения взращивают непредсказуемую атмосферу надежды и тревоги....
Но немного отпустило это обжигающее сердце ощущение вины.
— И не забудь сама подойти к целителям, — это Саятана Тайфол сказала через плечо, так как уже повернулась. — Иначе свалишься и не сможешь ухаживать за моим сыном.
— Да, госпожа, — с той же интонацией повторила девушка.
Женщина взяла за руку дочь, которая тоже явно пребывала в прострации. И они ушли…
— Цес, — заговорил господин, прерывая воспоминания. — Расскажи-ка, что ты знаешь об этой Ками и как… ну, вообще она тут появилась-то?"
"— Она дочь владельца трактира, — тут же заговорила девушка.
— Вот как, — усмехнулся Аринэль. — Практично.
Они дошли до термы. В раздевалке обнаружились две девушки, которые посмотрели на парня с совершенно прозрачным интересом.
— Господин Тайфол! — синхронно произнесли они, поклонившись.
— А, водяные! — улыбнулся Аринэль.
— Господин будет мыться один, — парень даже обернулся, когда зазвучал голос Цеси.
Он был сух. Даже не так. Цеси заговорила, ну чисто, как леди! Уверенно, с чувством собственной правоты… И превосходства.
«Все чудесатее и чудесатее. Я случаем, еще раз не переместился?»
Дверь за теми двумя девушками закрылась. А вот Цеси явно не собиралась никуда уходить. Эм, а как же… Ну, что один и все такое…
…А ведь совсем недавно Цеси стала настолько близким человеком. А уже совсем не стесняется обнажаться и не смущается, когда Аринэль ее разглядывает.
Вот и Цес, деловито так сыпанула порошка на мочало, расхаживая при этом совершенно голенькой. Аринэль с легкой улыбкой наблюдал за ней. Вот девушка подошла к нему. Она убрала волосы в пучок… М-м, так и хотелось припасть губами к этой шейке. Ага, все-таки слегка смутилась! Глазки-то хоть и опустила, но Аринэль успел заметить, что выражение в них далеко не целомудренное.
