В «Дамских новостях» светится статья о нашей Рокси! Стелла обсуждает повышение рейтинга ее ведущей публикации, а я наслаждаюсь воздушной солимарской булочкой. Атмосфера свежего дневного солнца и легкого запаха жасмина усиливается мыслью о захватывающей истории, которую Рокси готовит нам на этот раз....
– Как ты мог, Аделард? Как, вообще, так получилось? Как ты превратился в чудовище?
- Для тебя я чудовище? – спросил он, помолчав, и вдруг отпустил меня.
Я продолжала держать его за одну руку, а другой он потрепал меня по плечу. Как делал раньше, когда хотел подбодрить.
- Сам как думаешь? – ответила я вопросом на вопрос.
- Думаю, что битву за тебя я проиграл, - спокойно произнёс он. – И уверен, что этот ворюга Бранчефорте прячется где-нибудь рядом. Сидит в кустах и ждёт момента, чтобы меня арестовать.
- Совсем не в кустах, - сказал Гилберт, выходя из беседки.
- Считаешь, она достанется тебе? – отчим говорил с ним, а смотрел на меня. – Нет, не достанется.
Он обхватил меня за плечи, перевалился через перила, и я не успела вскрикнуть, как мы полетели в реку, прямо в быстрые волны Пойзена.
Мне никогда не приходилось падать в воду, но я всегда представляла себе, что вода – это что-то мягкое. Только почему-то когда мы врезались в неё, удар был такой силы, что я на несколько секунд потеряла сознание.
Когда я пришла в себя, то первое, что увидела, были мои волосы. Пряди плыли передо мной длинными чёрными водорослями, и я успела огорчиться, что потеряла шпильку с сапфиром, которую подарил мне Гилберт только вчера, а потом сделала вдох.
Вода хлынула в горло и лёгкие, я захлебнулась, лихорадочно задёргалась, пытаясь всплыть, но юбка облепила ноги, мешая двигаться, и совсем рядом я увидела перекошено лицо отчима.
Лёгкие болезненно сдавило, в глазах потемнело, но в следующую секунду над нами мелькнула тень, и Гилберт вцепился в руку Аделарда, пытаясь оторвать её от меня."
"Отчим сопротивлялся, пытаясь намотать себе на запястье мои волосы, больно дёрнул прядь, но мне уже не было дела до этой боли. Сердце просило воздуха, лёгкие выворачивало наизнанку, вода заливала нос и гортань. Ещё немного – и я захлебнусь…
Движения мужчин были до странного медленные – как в кошмарном сне.
Ещё пара секунд – и в лицо мне ударил солнечный свет.
Закашлявшись, я пыталась сделать хотя бы один вдох, но меня скручивало, а вдоха не получалось.
- Держись, - прохрипел Гилберт мне на ухо и поплыл к берегу, загребая одной рукой.
