Подслеповатая белокурая собака с остроухой башкой щурится и моргает, когда хозяюшке сообщают, что ничего не видно. Вопрос адресован мини-бультерьеру — породе, напоминающей свинью и любимой писательницей Поливановой. Мария Алексеевна спохватывается и удивленно осматривает своего питомца....
Ты то и дело попадаешь в истории! Не перебивай, – чуть повысила голос Анна, когда Маня собралась возражать. – В прошлом году ты написала удачный роман, и дело заглохло. Мы все ждём продолжения – читатели, киношники, книжные магазины! Да и я тоже жду. Но дело не двигается.
– Анна Иосифовна, вы же знаете, со мной такое бывает…
– Знаю, – согласилась Анна жёстко. – Бывает. Ты ленишься, или тебе нужен отдых, или занята делами своей тёти, или строишь дачу, я всё это готова понять и принять. Но в последнее время ты занята только Алексом, именно поэтому ничего не идёт тебе в голову.
– Мной?! – изумился великий писатель. И засмеялся. – Анна Иосифовна, при всём уважении!.. Манечке гораздо интересней и важнее её собственная жизнь, чем десять моих, я вас уверяю!
– Теперь о вас, Алекс, – продолжала издательница. – Вы совершенно потеряли человеческий облик, я в этом убеждаюсь с каждым днём всё больше. Я допускаю, что вам наплевать на всех людей в мире, возможно, так устроен ваш талант.
– Анна Иосифовна, кто дал вам право…
– Помолчите, Алекс. Я привезла вас сюда, чтобы мы все наконец смогли разобраться, что с нами происходит.
– Со мной ничего не происходит…
– Алекс, ещё прошу вас помолчать! Так не может продолжаться. Вы оба теряете время, а его очень мало, и с каждой секундой становится всё меньше и меньше!.. Мария, ты должна перестать прятать голову в песок, ты не страус, а взрослый человек.
– Это очень страшно, Анна Иосифовна, – пробормотала Маня. – Пожалейте хоть вы меня.
– Я жалею тебя изо всех сил, девочка. Поверь мне. А сил у меня много, поэтому мы здесь и собрались.
– Для меня всё, что вы говорите, – загадка, – объявил Алекс Шан-Гирей.
Анна взглянула на него:
– Ни о чём таком я не слышала, – ответила она. – Я знаю, что литература была, есть и будет всегда.
– Вы имеете в виду романы Марины Покровской? Такого рода литература?
– Алекс, душа моя.
