Подслеповатая белокурая собака с остроухой башкой щурится и моргает, когда хозяюшке сообщают, что ничего не видно. Вопрос адресован мини-бультерьеру — породе, напоминающей свинью и любимой писательницей Поливановой. Мария Алексеевна спохватывается и удивленно осматривает своего питомца....
Лёля крутилась изо всех сил и никогда ни на что не жаловалась – жизнь сложилась как сложилась, изменить ничего нельзя, – и вдруг тут в лесу, с посторонним дядькой поняла, как много всего прошло мимо и ещё пройдёт!
Лошади, речка, бобры, берёзы.
Необязательные разговоры, теплынь, и некуда спешить.
Пальцы, на секунду сжавшие её ногу, и длинная стройная спина, в которую Лёля пялилась, потому что он ехал впереди.
…Но всё ещё оказалось впереди! И ничто не предвещало!..
Они вернулись в сторожку, Никита ссадил её с коня, подхватив за талию – Лёля сильно вздохнула, кровь прилила к щекам, – а уезжать всё ещё было не нужно, и он как-то очень интересно стал ей рассказывать о своём лесном деле и о деревьях, в которых он разбирался отлично.
Лёле в голову не приходило, что может быть столько всего интересного… в деревьях и древесине!..
Оказалось, лучше всего полируется груша, получается словно зеркальный блеск, а сама древесина почти розовая, хотя груша неказистая на вид.
Лёля осведомилась насчёт карельской берёзы – на этом её познания начинались и заканчивались, – и Никита покатился со смеху.
"– Она в Карелии растёт, почти в тундре! И она-то совсем корявая, груша рядом с ней – кедр ливанский! У меня приятель есть, врач, в Москве работает. Рассказывал, как пришёл в лавку какую-то, а там стол красоты невиданной! Весь из себя жёлтый, солнечный, крышка наборная. Ну и стоит шестьдесят тыщ. Вот он стоит и думает, шестьдесят тыщ за стол – сдохнуть можно, но уж больно хорош стол-то!..
– Купил? – спросила заинтересованная Лёля, и Никита махнул рукой:
– Да куда там! Шестьдесят тыщ евро столик, не рублей! А сам как раз из карельской берёзы!
Почему-то и Лёле история показалось очень смешной и занятной, и они ещё поговорили про разные деревья, а потом Никита взял её за руку и поцеловал.
Вот просто взял и поцеловал.
По-настоящему, не как-нибудь, дружеским поцелуем.
Лёля обмерла.
Ей стало нехорошо, словно она на секунду оказалась в невесомости и вакууме – нечем дышать, не за что уцепиться, и очень кружится голова.
Она сделала шаг и уцепилась… за него, за Никиту. За оливкового цвета футболку, на которой было написано «Север в каждом из нас» и нарисованы снежные горы.
Он внимательно посмотрел ей в лицо, перехватил за шею и ещё раз поцеловал.
Лёля не хотела отвечать. Она вообще понятия не имела, что он такое делает! Она давно забыла!.. Или не знала!..
Она не хотела отвечать, но почему-то прижалась к нему и обняла. Вместо того, чтобы оттолкнуть.
