Подслеповатая белокурая собака с остроухой башкой щурится и моргает, когда хозяюшке сообщают, что ничего не видно. Вопрос адресован мини-бультерьеру — породе, напоминающей свинью и любимой писательницей Поливановой. Мария Алексеевна спохватывается и удивленно осматривает своего питомца....
– Или… или Максим собирался сбежать с любовницей и Женя просто не стала этого ждать? Тогда получается, он собирался разводиться, что ли?! И тогда понятно, за что Женя могла его… убить!
– Не может такого…
Маня перебила:
– Не мешай мне! И не сбивай! Но почему она вернулась? Как раз затем, чтобы застрелить?… Получается, она его поджидала возле дорожки, по которой он всегда ходил на пристань, и она его маршрут прекрасно знала!.. Выстрелила, убила, а потом вернулась в дом с чемоданом?
– Да с чего вы взяли?!
– Павел, ты же там торчал, в этих проклятых кустах! И никого не видел?…
– Нет! – крикнул парень с отчаянием.
– Он был бы жив, если бы в него дважды не выстрелили, – возразила Маня.
– Я должен был!
– Брось, Павлик, истерить, – поморщившись, сказала писательница Покровская. – Приехали. Ты взрослый. Вот это всё: я виноват, я должен был догадаться, закрыть своим телом, совершить беспримерный подвиг, поеду на Колыму замаливать грехи, на свете счастья нет, а есть покой и воля – для детей и подростков. Не для тебя.
Павел словно не сразу сообразил, о чём она спрашивает.
– А, так ту женщину убили из того же пистолета, экспертиза установила. А я в это время у них в камере сидел.
– Понятно. Внеси самовар в дом, давай чай пить, что ли.
Маня выставила на стол блюдо с плюшками и затолкала в чайник мяту – на ночь мяту выпить отлично, чтобы лучше спалось.
Из чайника сразу запахло летом.
– Плохо, конечно, что ты не разглядел стрелка. Хорошо, что ты всё-таки не уехал. Где бы мы тебя искали!.. Плохо, что я позабыла про чемодан и Женю не спросила, где она была с этим чемоданом. Хорошо, что я его видела у неё в кабинете.
– При чём тут чемодан?…
– И драгоценности! – продолжала Маня.
