Он встал, намериваясь уйти прежде, чем окончательно будет сбит с толку, затем наклонился вниз и поцеловал сестру в щеку.
– Спасибо, - сказал он.
Ее глаза сузились.
– Не могу сказать, то ли ты серьезен, то ли дразнишь меня за то, что я не смогла тебе ничем помочь.
– Ты не смогла мне ничем помочь, - проговорил он, - Но, тем не менее, я искренне говорю, спасибо тебе.
– За мои старания?
– Что-то вроде того.
– Ты сейчас собираешься пойти в Бриджертон-хаус? - спросила она.
– Зачем, чтобы меня мог смутить и сбить с толку уже Энтони?
– Или Бенедикт, - сказала она, - Он тоже там.
В большим семьях, никогда не было недостатка в возможности выставить себя дураком перед родным братом или сестрой.
– Нет, - сказал он, криво улыбнувшись, - Я думаю, я лучше пойду пешком домой.
– Пешком? - откликнулась она.
Он посмотрел в окно.
– Думаешь, пойдет дождь?
– Возьми мой экипаж, Колин, - настаивала она, - И, пожалуйста, подожди сэндвичей. Я уверена, скоро их будут просто горы, и если ты уйдешь прежде, чем они появятся, то я вряд ли съем больше половины, и тогда я сильно расстроюсь на весь оставшийся день.
Он кивнул, и сел обратно на софу, и позже был рад, что остался. Он всегда был неравнодушен к копченому лососю. Фактически, он даже взял несколько кусочков с собой в экипаж, по дороге домой, глядя из окна экипажа, как льет дождь.
***
Когда Бриджертоны устраивали приемы, они делали это достойно."
"Когда же Бриджертоны устраивали обручальный бал… ну, если бы леди Уислдаун все еще писала, потребовалось бы, по крайней мере, три колонки, чтобы полностью описать это событие.
Даже этот бал, устроенный буквально в последнюю минуту (из-за того, что ни леди Бриджертон, ни миссис Физеренгтон не хотели давать возможность своим детям передумать в течение долгого обручения) был легко квалифицирован, как главный бал сезона.
Хотя, большей частью этот бал, иронически подумала Пенелопа, имел мало общего непосредственно с балом, и ничего не мог поделать с продолжающимися предположениями на тему о том, почему Колин Бриджертон выбрал такую женщину, как она, чтобы сделать ее своей женой.
Это было даже хуже того момента, когда Энтони Бриджертон женился на Кэйт Шеффилд, которую, как и Пенелопу, никогда не считали бриллиантом чистой воды. Но, по крайней мере. Кэйт не была такой старой, как она. Пенелопа даже не могла сосчитать, сколько раз, она слышала словосочетание старая дева, которое шептали за ее спиной за последние несколько дней.
Но хотя сплетни были крайне неприятны, по настоящему, ее это не волновало, потому что она все еще плавала в облаке ее собственного счастья. Женщина не может провести всю свою взрослую жизнь, любя одного единственного мужчину, и не быть почти бестолковой от счастья, когда этот мужчина просит ее выйти за него замуж.