Роуз пытается привести себя в порядок, но каждое ее движение будит странную тишину – ведь она мага маски, и не только кухня знает о том, что она способна на невероятные вещи. В утреннем сумраке миссис Джонс предложила чаю, но Роуз видит в этом нечто большее — это попытка выяснить, как ей быть настоящей слугой после внезапного статуса княжества....
– Но кое-что хорошее из нашего разговора с дожем все-таки вышло, думаю, благодарить за это надо Гуса – дожу он особенно понравился. Меня официально пригласили на маскарад в воскресенье, и дож попросил меня привести и «очаровательных детей», что, видимо, означает всех вас. – Мистер Фаунтин многозначительно приподнял брови.
– Маскарад? То есть ритуал? – прошептала Роуз. – Мы пойдем туда?
Мистер Фаунтин кивнул:
– Госсамер будет вынужден показаться, если он хочет использовать ритуал, чтобы заполучить власть над маской.
Роуз вздрогнула:
– Это обязательно?
Мистер Фаунтин удивленно воззрился на нее.
– Я думал, новое платье тебя порадует!
Роуз огляделась, чтобы убедиться, что никто не подслушивает – на всякий случай.
– Не в платье дело. Мне не нравятся эти маски. Во дворце столько людей в масках, а у меня от них мороз по коже, сэр. Они ведь деревянные или, не знаю, бумажные, но они двигаются! Я точно это видела. Этот Джироламо, брат дожа, – я видела, как его маска нахмурилась. Не хочу даже думать о том, как он выглядит под ней, – добавила она шепотом, вспомнив книжку Фьори и его странные, кошмарные догадки о заколдованных масках.
Гус потерся о ее ноги:
– Мне он тоже не понравился.
Роуз присела и погладила его, испытывая в душе огромную благодарность. Она больше не чувствовала себя пугливой трусихой.
Мистер Фаунтин нахмурился.
– Тем не менее, боюсь, выбора у нас нет. Мы должны прийти. Если не найдем Госсамера раньше, там точно его встретим. В любом случае мне было бы чрезвычайно интересно взглянуть на этот ритуал, а обычай велит надеть маску. Лорд Линтон посоветовал одну лавочку – нужно вернуться к Франческо и попросить его отвезти нас в переулок Плачущих окон.
Продавец масок сидел за длинным столом в окружении банок краски, кистей и гор белых заготовок для масок самых разнообразных форм. Готовые маски висели на стенах сияющими рядами, блестя свежим лаком и таинственно подергиваясь в отраженном от воды свете.
