Роуз пытается привести себя в порядок, но каждое ее движение будит странную тишину – ведь она мага маски, и не только кухня знает о том, что она способна на невероятные вещи. В утреннем сумраке миссис Джонс предложила чаю, но Роуз видит в этом нечто большее — это попытка выяснить, как ей быть настоящей слугой после внезапного статуса княжества....
– Знаете, что это за здание? Вон то, соединенное с дворцом мостиком?
Фредди посмотрел на мост, и все остальные тоже повернулись к нему. Изящный мост был украшен причудливыми завитушками и зарешеченными окнами и соединял легкие арки дворца с приземистым, тяжелым серым зданием по другую сторону узкого канала.
Фредди нахмурился.
– Другая часть дворца? Там живет прислуга? Выглядит скромнее, чем левая сторона.
– Грязное какое-то, – согласилась Роуз.
– Это тюрьма.
– Рядом с дворцом? – усомнилась Роуз.
– Чтобы далеко не ходить.
– Только то, что здесь полно магии. И бесовщины, как говорил Линтон, но он же ненормальный, – презрительно фыркнул Фредди.
– А еще это богатый город, – вставила Белла.
– Они как-то умудрились не поддаться талисийцам, – добавила Роуз. – Так что магия здесь хитрая.
– Хитрая. Обманчивая. Жадная. Подозрительная. Мстительная. Все это – Венеция. А тюрьма рядом с дворцом нужна для тех случаев, когда кто-нибудь из придворных попадет в опалу и дож прикажет заковать его в кандалы.
– Что это? – Роуз протянула руку и увидела, что ее пальцы изменили цвет, пройдя сквозь невидимую границу. Внутри ее все стало бледно-серебристым.
– Заклинание сокрытия. Надо будет научить вас его делать. Я уверен, что Фредди прав и весь дворец опутан паутиной шпионских чар. Но долго скрываться мы не можем – нет лучше способа привлечь к себе внимание.
– Значит, нас никто не видит? – задумчиво уточнила Белла. Она посмотрела на проходившую мимо роскошно одетую венецианку с маленькой, дрожащей от холода собачкой, которой заклинание явно не нравилось – она уставилась на него и громко тявкнула. Дама проплыла мимо, подметая подолом элегантного шелкового платья мостовую, и, похоже, вовсе их не заметила, лишь дернула собачий поводок, – даже когда Белла высунула язык.
