Роуз выглянула из окна и увидела две девочки в розовых пальто, их несчастная няня в шляпке-кепке. Маленькие шаги по лужам напомнили ей о том, как важно беречь свои вещи в такой погоде. Роуз на цыпочках наблюдала за девочками, думая о том, как они не разгребают грязь под ними....
– Видишь? Вот он, смотри! – Мистер Фаунтин указывал на что-то. – Видишь?
Фредди покачал головой:
– Нет, сэр, прошу прощения. Он слишком быстрый.
Мистер Фаунтин раздраженно выдохнул:
– Еще раз…
Роуз принялась подметать осколки очень аккуратно. Она понимала, что стекло – это остатки какого-то странного магического эксперимента, и не была уверена, что к нему безопасно прикасаться. Во что оно может превратить ее? В одну из тех штук, которые слишком быстрые для взгляда Фредди?
Когда она подошла к ним поближе, мистер Фаунтин и Фредди любезно поднялись еще на несколько дюймов, и Роуз тихо поблагодарила их.
"– Теперь видишь, Фредди? – повторил мистер Фаунтин, и оба опустились на землю, очевидно, даже не задумавшись.
– Я… кажется… – медленно проговорил Фредди, и Роуз ахнула. Она только что увидела то, что они рассматривали.
Неожиданно Роуз поняла, что на нее смотрит не только туман. Мистер Фаунтин и Фредди тоже уставились на нее, мистер Фаунтин с величайшим интересом на лице, а Фредди со злобно нахмуренными бровями.
Конечно же, он с трудом мог разглядеть туман, а тут какая-то служанка таращится на него, словно он ей машет и подпрыгивает, еще бы ему не злиться. Роуз бочком вышла из комнаты, но не могла избавиться от ощущения, что заинтересованный взгляд мистера Фаунтина так и сверлит ее спину.
Помогая миссис Трамп отжимать белье, Роуз все думала о серебристом тумане. Ее руки болели от тяжелой работы, но она почти не замечала этого. Она спрашивала себя, что это такое, эта туманная штука.
Но тут она подняла глаза и увидела, что Билл принес еще одну корзину мокрого белья. Он как-то странно наблюдал за ней, будто подозревал что-то. С таким выражением лица он еще больше, чем обычно, напоминал крысу. Роуз сразу вспомнила, что не хочет творить волшебство. Никогда. Она хочет быть настоящим человеком.
